http://menthol-blond.livejournal.com/ MB - LiveJournal.com Sat, 23 Aug 2008 17:10:51 GMT LiveJournal / LiveJournal.com menthol_blond 9907300 personal http://l-userpic.livejournal.com/64727423/9907300 http://menthol-blond.livejournal.com/ 57 100 http://menthol-blond.livejournal.com/38282.html Sat, 23 Aug 2008 17:10:51 GMT http://menthol-blond.livejournal.com/38282.html Драбблики. Про любовь в метро. Без рейтинга.<br />В первом -- гет.<br />Во втором.. эээ... Выбор пола персонажей на усмотрение читателей<br /><br /><br /><br /><br /><b><i> Menthol blond. «Пункт А + пункт Б» </i></b><br /><br /><i>Вместо эпиграфа:</i> «Первый Нах!» -- ни разу не оскорбление. Это станция метро «Нахимовский проспект», выход из первого вагона. Остальное сами додумаете.<br /><br /><br /><a name="cutid1"></a><br /><br />1.<br /><br />Собаки привыкают к людям, кошки к дому, а аборигены московского метро к точкам пересечения. Ближайший от дома или работы переход с кольцевой на радиальную превращается в немого свидетеля, а кратенькая запись в ежедневнике « 18 30 Пр. Мр.» -- в шифрограмму. Черт его знает, что может твориться на «Проспекте Мира» в полседьмого вечера. Банальная передача заверенной нотариусом копии, алиментное вручение ребенка отцу на выходные, заем денег до зарплаты, скромно-жалостливая сумочка размером с жопу слона – «а на вокзале они прямо к вагону подойдут». Ну и, разумеется, то, что греет душу весь рабочий день и освежает макияж перед выходом из офиса – пересечение в одной точке двух очень влюбленных прямых. С классическим галопом по эскалатору, и «извини, что опоздала», и «да ничего страшного, а это тебе». Вот. И синие блестки с подкрашенного цветочницей букета оседают поверх припудренного носа. <br /><br />Если две влюбленные прямые обретут плавность синусоиды, то смогут сплестись в единое целое. Именно здесь, на переходах с кольцевой на радиальную, вяжутся любовные узы. И невзрачная лавочка справа от центра зала обретает потом статус семейного памятника и фамильного раритета. Для одних. Для других она становится надгробием. Щербатым гранитным утесом, об который разбиваются любовные лодки. Разве что плеска волн не слышно и журчания горных ручьев. Ручьи – это потом, в вагоне поезда. Того самого, которого ждешь с мечтательно-трагичной улыбкой на морде и дрожащей спиной. Ни хрена ты не Каренина, конечно, да и мечтать про подобную блажь можно только в семнадцать. Попозже тоже мечтается – но эффект не тот. Максимум, на что ты способна при таком раскладе в двадцать семь, -- перепутать направления и поехать не в ту сторону. Но от этого уже ничего не изменится. И в двадцать семь ревут не хуже, чем в семнадцать. <br /><br />Настоящая схема метро выглядит тоже совсем не так, как на стенке вагона. В мультяшно-солнечном детстве «Войковская» будет именоваться – «Бабушки-Марусиной», а «Юго-Западная» -- «Папиной Квартирой». В угреватом подростковом периоде «Пионерская» станет «Репетиторской», а «Перово» -- «Маминой работой». Позже к ним прибавляются новые станции. «Андреевская», «Сережкинская», «Димкинская», «Костинская». Когда за плечами полтора курса института, в кошельке – три десятки от стипендии, а в кармане пачка от твоих сигарет, в которую набито то, что удалось настрелять в курилке, можно устроить себе американские горки. Переход с «Виталькинской» на «Олеговскую» в течение выходных. Когда у судьбы просыпается чувство юмора, ты получаешь одну станцию с тремя названиями оптом. И маешься совестью и кайфом – переименовать «Кирилловскую» в «Никитскую» или сами пускай разбираются? Между прочим, на реальной схеме московского метро есть «Алексеевская». Гусары, молчать!<br /><br />2.<br />Я ненавижу твою станцию метро. Нет, не так... В моей внутренней схеме есть станция, от которой меня трясет. Я не могу ее спокойно проезжать. И хорошо, что она не в центре, иначе бы меня трясло от нее куда чаще. Реально трясло, да... До желчи во рту и слез из глаз. До обморочного замирания рук и ног – как на аттракционе «летучие лодки». Только вот уже никто никуда не летит. Просто я хватаюсь негнущимися ладонями за поручень, всматриваюсь в мелькание колонн. А они все медленнее и медленнее тянутся, почти плетутся. Потом тормозят вместе с поездом. На нашей точке пересечения может стоять кто угодно. Или никто не стоять. А я все равно смотрю – на временный просвет в вагоне, на входящих пассажиров. Боюсь до чертиков тебя встретить. Безнадежная вещь, кстати сказать. Гораздо легче мысленно прицепить вагон метро на каркас от «летучей лодки». Сижу, вцепившись в поручень, и боюсь пошевелиться. Остановите карусель, я слезу. Фух! Двери захлопнулись, поезд тронулся, аттракцион немыслимой глупости закончен. <br /><br />Через полгода это проходит. <br />Я проезжаю твою станцию. Проезжаю – и все. День не летит под откос, в неряшливую насыпь, где мятые окурки и опустошенные бутылки валяются так примитивно, что из них даже приличного узора не создашь. Я остаюсь на месте, колонны, скамейки и указатели – тоже. Ничего не изменилось, кроме меня.<br /><br />Еще через месяц я узнаю, что ты здесь больше не живешь. Проблемы с квартирной хозяйкой, кажется. Или, может, нашелся вариант получше. С которым жить вместе куда интереснее и веселее. Не хочу добавлять «чем со мной», оно и без того напрашивается в конце фразы. А разговаривать с тобой мысленно я больше не хочу.<br /><br />Все происходит совсем не здесь и совсем не так, как представлялось. Я касаюсь тебя раньше, чем узнаю. Час пик. Маленькое дисциплинированное стадо у еще не открытой двери вагона. Прилив-отлив, строго по расписанию. В зависимости не от луны в небе, а от поезда в туннеле. И потом пахнет куда сильнее, чем на пляже. А барахтаются все так же. Подгребают свободное пространство как воду. Я задеваю локтем твою спину. Ничего особенного. Никакого ожога от медузы, никакой воды в ушах. Я даже чувствую дно под ногами. И гребу обратно, от поезда к колонне. Серо-розовый гранит, который оглох от шума поездов и напрочь забыл про шум прибоя. Хлопаю по нему ладонью. Теплый, хоть и грязный.<br />Я молчу. Не окликаю тебя по имени, не тянусь обратно. Жду, когда тебя унесет. Мрамор плитки, белые подбрюшья указателей. Мотаются на сквозняке... С потолочной лепнины срывается голубь, улетает в тоннель. На стене толпятся слова, вытягиваются в линию. К ней снизу присасываются белые прямоугольники, бликуют от фар следующего поезда. <br />А удобная станция, кстати. Надо будет назначить здесь кому-нибудь встречу. <br />И название сменить. <br /><br /><i>Menthol_blond, 23.08.08 </i> http://menthol-blond.livejournal.com/38282.html public 12 http://menthol-blond.livejournal.com/37888.html Sun, 10 Aug 2008 12:59:07 GMT http://menthol-blond.livejournal.com/37888.html Ориджинал<br />Название: For women<br />Автор: Menthol_blond<br />Жанр: fam-slash<br />Рейтинг: R за мат<br />Дисклаймер: мозгоебство<br /><br />Тебе от меня. Разумеется, с любовью.<br /><br /><a name="cutid1"></a><br />Да знала я, что ты меня найдешь. Просто знала и все. Без уточнения даты, ясен перец. Считай, что приступ ясновидения: как ты в обнимку с клавиатурой маешься, лампой щелкаешь, потом на сигареты с тоской смотришь – вторая пачка за вечер, как всегда. Утром язык как терка станет. Закурить или потерпеть пару минут? Решаешь терпеть. Занимаешь пальцы клавишами. Тыц-тыц-тыц. А там – я.<br />Пока еще – ничего не понятно. Волнуешься. Ну, давай я тебе помогу, что ли? Поделюсь боевым опытом, как старший товарищ. Я же понимаю, что неудобно. Самой неудобно, на самом-то деле. Но тебе об этом знать не надо. Я про себя совсем другое расскажу. Что захочешь – то и расскажу. Это от твоего настроения зависит.<br />Ты в хандре? Ок. Я буду терпеливой, понимающей, мудрой. Но не сильно мудрой, я ж не старая дева из анекдота. В меру. Жизненный опыт легче всего передавать через анекдоты. Ты это учти на будущее. <br />Веселая? Тоже хорошо. Я ловлю твои реплики. В растопыренные ладони, как мяч или яблоко. И смех стоит, не хуже чем в курилке. Хоть топор вешай.<br />Еще могу побухать на расстоянии. Опять же – мудреный тост в четыре фразы, перед третьей – многоточие. Выдерживаю паузу, а потом – концовка. Не особо приличная. И это мягко сказано.<br />Мат ты выдерживаешь. Иначе бы, блядь, я из себя трепетную нимфу строила. Умею. Я многое умею. Но ты про это уже поняла.<br />Внешность? Или – чем я занимаюсь? Не по жизни, а в настоящую минуту? Или по будням? Ну, это опять же, от тебя зависит. Финансовый аналитик из меня хуевенький, а вот... Ну, кем бы я могла быть? <br />Переводчик? <br />Надомная работа, дедлайн в девять утра, ночные вахты у вордовских файлов и экселевских таблиц, интернет, который отрубается в самый неподходящий момент. И невозможность пиздеть о чем угодно в то время, когда твоя офисная скука достигает апогея, а до обеда еще два часа. Запросто. И выходные, опять же, работой заняты, и в полночь мне спать не надо. Могу до утра мелькать буквами на экране, тебя байками услаждать, а ты потом пару часов продремлешь в судорогах и на работу пойдешь врастопырочку, как муха, которую вынули из киселя.<br />Можно и другую профессию. Мне многое подходит. Нет, не проводница, не крановщица. На секретаршу в конторе я по возрасту не потяну, на бухгалтера... Ну? Вообще, я, кажется, гуманитарий. Закончила какую-то благословенную хуйню. Педюшник, допустим. Факультет «русский как иностранный», там иняз хороший дают. И родную речь – тоже. Значит, все равно переводчик. Редактор, корректор, рерайтер, пресс-секретарь. Филолог, блядь. Пресс-секретарь, кстати, это хорошо. В прошлом раскладе я была журналистом-информационщиком. Наблатыкалась по репортажам бегать. Не, нафиг-нафиг. Пусть будет что-то мирное, камерное, без экстрима. Но небанальное. Ладно, с профессией потом определимся. У нас и другие пункты есть. Хобби, блин. Домашние животные. Музыкальные композиции. Любимые кинофильмы.<br />В кино, кстати, не хочешь сходить? Никаких вип-кресел, обычные два места в середине, по бокам – черные дыры для поп-корна, на экране хуета громкая-музыкальная. И пока персонажи веселят публику, я тебя лапаю. Осторожно, поверх колготок. Или у тебя джинсы? У меня колготки, точно. Светлые. Не люблю черные, на них всегда видно, когда стрелка ползет. Особенно в метро. Особенно – за пять минут до важной встречи. Если за пятнадцать – то еще есть шанс купить колготки в ларьке, переодеться в синей биобудке и помчаться вперед... А со светлыми можно не заморачиваться, особенно с моим зрением. <br />Вот видишь – близорукие глаза и светлые колготки. Я начинаю обрастать привычками и вкусами. Конкретикой.<br />Материализуюсь. Тыц-тыц-тыц.<br />Значит, музыка. Или домашние животные? Лучше животные. Кошка, ага. Как всегда. Голубая британка с рыжими глазами и некондиционными торчащими ушами. Ее из-за этого на улицу выпнули, а я подобрала. Или я ее по пьяни в переходе купила? А, может, подобрала тоже... в не особо трезвом состоянии. Или мне ее соседи подарили, когда их породистая кошка принесла порченный помет? Чтобы не топить. Решим по ходу дела, да.<br />Итак, я работаю на дому, за компом. Рерайтер. Пизжу чужие новости с чужих сайтов, меняю заголовок и два слова в первой фразе, и ставлю в ленту. Не работа, а конфетка. А в перерыве между новостями можно из дому за сигаретами смотаться. Или за пивом. А я пью пиво, кстати?<br />Знаешь, если можно, то я предпочла бы вискарь. Тот, который с перепелкой на этикетке. Или с колли. Высокая бутылка в картонном тубусе, а к ней три литра колы из магазинного холодильника... Как раз на ночь хватит. Лед не класть, бутерброд не делать, шоколадку не разворачивать. <br />Вискарь по вечерам. Я же на дому работаю и мне не надо демонстрировать по утрам опухшую рожу всем злорадствующим. И никакого сушняка в метро.<br />Да, кстати, я курю. В любом случае. На счет марки могу повыдрючиваться, но не более того. И, пожалуйста, никакой «Золотой явы» или, напротив, «Кэптен блэка». Что-то стандартное, плиз. «Кент» там или «Парламент». Или ментол. Знаешь, классные сигареты были лет десять назад. «Ив-Сен Лоран». Вишневая пачка с золотом или малахитовая с ним же. Дешевенькие, но красивые. И не тонкие ни хрена, просто длинные. Как ноги.<br />Ноги, кстати. Ноги, да... Не как у супермодели, но тоже ничего. Может, я их, даже, культивирую. На велосипеде катаюсь, допустим. Ну не на машине же... <br />Машина – это классно. Ты водишь? Я люблю ездить на переднем пассажирском. Даже согласна не курить в салоне, если что. Я за штурмана, ок? Смотрю на обочины, сканирую таблички на домах. И спрашиваю у тебя, что там за знак впереди. Или комменчу водителей. Типа «Блядь, ну что этот отморозок синий делает, на хуй!» А ты орешь «заткнись!» и выворачиваешь руль. Обошлось. И я ни хрена не обижаюсь, потому что сама испугалась. За тебя.<br /><br /><br />За тебя, да. Вздрогнули?<br />Ты мне расскажешь про себя. Нет, не так. Ты мне отдашь часть себя. Словами. Отдашь мне свои привычки. Какое-нибудь устойчивое выражение, типа «прусь, как удав по стекловате». Или там «картина маслом по батону». Я порадуюсь. И отзовусь эхом на следующий же вечер. Потому что он будет, обязательно.<br />Я тебе этого говорить не стану, но... Все твои вечера будут моими. С работы – домой, без остановок и пересадок. Притормозишь у местного ночного, затыркаешь в корзинку бухло, замерзшую лазанью, кетчуп, оливки, пачку сахара... Молча отдашь все кассирше. Молча заберешь. У тебя рот как функция уже будет отключен. Только слова на клавиатуре. Черные буквочки.<br />Я – твои буквы.<br />Я – твои мысли.<br />Ты будешь думать обо мне в те секунды, когда нет компа. Нет соединения. Или – нет возможности сесть и написать.<br />В метро, да. Или в пробке. В том же ебаном супермаркете, у стойки с открытками. Будешь мысленно выбирать кусок картона для меня. Или, мысленно же, выбирать еще какую-то хреновину. Пастилу, допустим. Если я люблю пастилу. Селедку я люблю точно, а вот на счет сладкого... Горький шоколад – это слишком пошло. Трюфель – слишком гламурно. Пусть будет рахат-лукум. Такой турецкий, в оранжевых коробочках. Или вишня в шоколаде, киевской фабрики «Рошан». Рекомендую. Ее можно встретить даже в твоем магазе.<br />Ты ее купишь. Запустишь свой язык в мою конфету. Пошлятина. Ты представишь себя мной. Это нормально. <br />Мои конфеты, моя кошка, мой любимый Пол МакКартни с песенкой «Well, the rain». Она же «Deliver your children». Я тебе расскажу про эту песню. И про свою первую девушку, которая с ней связана намертво... Плетущимися ленточками магнитофонной кассеты. Ты скачаешь песню из инета и будешь думать обо мне. Я это почувствую. Стану еще сильнее. Дам тебе право стать мной.<br />Взамен будет пропуск в твою жизнь. Вип-кресло. Не компьютерное, шаткое, а кресло у торшера. То самое, на сиденье которого ты ставишь пепельницу и стакан чая. Когда не было интернета, ты оставляла там книгу. Читала перед сном. Раньше все читали перед сном. Теперь – юзают ноутбук в постели.<br />Вообще-то, постель не для этого придумали, да? Ты понимаешь. Ты представишь меня там. У тебя ведь двуспальная. Левая подушка станет моей. Не в смысле – станет мной, нет... Тереться об подушку и мечтать – это безнадежно. Но не унизительно ни разу... Иначе бы я сама этого не делала. Я тебе обязательно попытаюсь объяснить, что онанизм – приятная штука. Никто и никогда не сделает тебе так хорошо, как ты сама, если ты не умеешь объяснять такие вещи партнерам. Я серьезно. Язык не поворачивается соврать. Легче потом самой догнаться, чем признать, что тебе не понравилось. Я проверяла, я знаю. И, разумеется, мне с тобой будет зашибенно. Равно как и тебе со мной.<br />Левая подушка станет моей. Засыпая, ты ткнешься в нее носом, попытаешься словить запах. Откуда я знаю, как я пахну. Явно не так, как твоя клавиатура. Запахи не обозначаются буквами.<br />Ты половишь свой немудреный кайф пальцами. Потом встанешь и пойдешь курить. На кухню, мимо зеркала. Оглядишь себя. Волосы встрепаны и торчат во все стороны, как у героини комикса. Причем тут комикс? Так всегда бывает, когда мечешься по кровати. Не во сне, нет. В кайфе. <br />Мысленно я буду с тобой.<br />От первой затяжки в ночи. Пятую ты погасишь об стоящую в кухонной раковине тарелку. Помесь остатков супа и воды. Или не супа? Ты ж его не любишь варить. Он же невкусный.<br />Ты погасишь сигарету и включишь компьютер.<br />Тыц-тыц-тыц...<br />Я здесь. Я оживаю с каждым стуком клавиатуры. Становлюсь сильнее. Беру на себя твою бессонницу и твои обиды. <br />Я отвлекаю тебя. Увожу в свою жизнь. Я по ту сторону экрана. Я – черные буквы на белом фоне. Мудрость. Ярость. Ехидство. Цинизм. Я никто. Плод твоего воображения. <br />Ты проводишь со мной вечера и выходные. В окне твоей кухни видно то, на что я смотрю, когда курю на своем балконе. Твой переход с ночи воскресенья на утро понедельника – это мой вечер. Или мое утро. Мы же так и не разобрались с часовыми поясами. Это неважно. <br />Я – это ты. Кусок тебя. Как донорская печень. Только я переливаю тебе свои мысли. Свой взгляд на жизнь. Ты усваиваешь его с каждой затяжкой сигареты, выкуренной у монитора... <br />Ты.<br /><br /><br />На самом деле, это я от тебя завишу. Сколько бы я не хорохорилась. У меня будут те привычки, которые ты захочешь. И то прошлое, которое тебе покажется романтичным. Быть может – те шрамы на запястьях, которые ты побоялась сделать. Быть может – твой навеки Боб Марли в колонках... Хотя я предпочла бы Летова.<br />Слушай, у меня еще осталась возможность выбора или ты уже снова села к компу? Подожди.<br />Не надо тыц-тыц-тыц.<br />У меня покладистый характер, ты в курсе. Как и у тебя. Поэтому, послушай.<br />У нас похожий почерк. И опознавательные знаки. В конспектах ты часто ставила «равенство», приставляла к нему знак «больше». =&gt;. Математическое сокращение «отсюда следует, что». Твоя пятерка по алгебре в старших классах. Но я-то гуманитарий! Ты учти это, что ли?<br />Я же не ты. Как бы ты не старалась. Как бы я... <br />В общем, слушай. Слушай сюда, блин...<br />Я готова быть не близорукой, а дальнозоркой. Носить черные колготки вместо светлых. И твое чертово пальто вместо куртки. И завести собаку колли вместо кошки. Черт бы с ним, с антуражем.<br />Послушай меня сюда, внимательно... Я не хочу суицидов, автокатастроф, случайных встреч в метро и прогулок по занесенному снегом ВДНХ. Рака легких или ареста возлюбленной за распространение наркоты я тоже не хочу. И это – в твоих силах.<br />Может быть.<br />МБ.<br />Рок-концерт под дождем, поцелуи в последнем поезде метро, сладкая вата на том же ВДНХ и плюшевая зебра, выигранная в тире – это еще куда ни шло. Хоть и пошлость. Соглашусь на это блядство, быть может. Условно. Более-менее...<br />БМ.<br />Тоже инициалы. К счастью, не твои.<br />У нас с тобой будет ночь, я обещаю. Куда там... У нас с тобой будет не один десяток ночей. Все зависит от объема. И от тебя.<br />Ты же понимаешь, что ты у меня не первая. И не последняя, увы. Как бы нам не было сейчас хорошо вместе. Разбежимся так, что через пару месяцев ты вспоминать меня станешь с усмешкой на губах. А через год забудешь нахрен.<br />МБ+МС<br />И не надо знака «равно» и опрокинутой набок восьмерки.<br />Никакой бесконечности.<br />Хотя да, Интернет, это бесконечность. <br />Но твои Инет сейчас сузился до меня.<br />Вздрагиваешь после каждой отбитой реплики.<br />Бывает.<br />Сама такая же.<br />Я ведь завишу от этих чертовых букв. И я не прошу о многом.<br />Всего лишь: давай мирно расстанемся. <br />Всего лишь: давай нам не будет больно. Это ведь ты выбираешь, где поставить точку. Я могу не согласиться и огрызнуться, и тогда ты будешь несколько дней ходить и мысленно придумывать ответные реплики.<br />Равно, как и мои.<br />Это ведь ты меня придумала.<br />Не ты первая, не ты последняя.<br />Поэтому, давай договоримся: никаких романтических поцелуев под дождем, роз, засушенных в словаре Ожегова (он же самый толстый на твоей книжной полке) и рыданий под утро.<br />Будь счастлива.<br />И сделай меня такой.<br />Хотя бы в пятой главе, слышишь, блядь?<br />Я не хочу быть Мэри-Сью, черт бы тебя подрал.<br />Я не хочу целоваться на колесе обозрения. Я вообще боюсь высоты.<br />Я хочу быть счастлива со второй героиней текста. Боже ж ты мой, авторша, ну пойми ты это! Ну как тебе такое объяснить?<br />Ну давай уже она с тобой поговорит? Все-таки, фэм-слэш – дело тонкое.<br />А я пошла в оффлайн.<br />Удачи.<br />Твоя главная героиня.<br />Пока единственная.<br />PS: (хотя ты сама написала бы «ЗЫ») И только попробуй заставить меня любить халву! Я откажусь закусывать ей виски, напьюсь нафиг и усну до эпилога! Понятно?<br />PPS: и проветривай комнату перед сном, а то башка болеть будет. А злобный автор – угроза придуманному обществу. Оно нам надо?<br />Нас и без того нет.<br /> <br /><b>THE END</b><br /><br /><i>Menthol_blond, 10 августа 2008 года</i> http://menthol-blond.livejournal.com/37888.html public 6 http://menthol-blond.livejournal.com/37823.html Sun, 22 Jun 2008 15:12:33 GMT http://menthol-blond.livejournal.com/37823.html ГПшные драбблики<br />автор: Menthol_blond<br />жанр: слэш и немного гета<br />рейтинг -- PG-13 (R) -- т.к. есть мат<br />ахтунг: Все права принадлежат Джоан Роулинг, а я ни на что не претендую<br />Пейринги: снако, люцебилл, МФ/БЛ, снюпин, Альбус/???, снейпоблэк, джеймсоблэк<br /><br /><a name="cutid1"></a><br /><br />Снако <br /><br />-- Что это? – интересуюсь я, когда пальцы Снейпа начинают свой ритуальный танец – от изнанки моих коленей до промежности. Портреты в директорском кабинете давно перестали смотреть на нас с любопытством. Большинство из них просто сваливает на другие картины – ночью найдутся зрелища поинтереснее, чем встречи главы школы и семикурсника. А днем эти нарисованные болваны попросту дрыхнут...<br />Я думаю о закартинной жизни и не сразу замечаю, что сегодня пальцы Северуса удивительно нежны. От них пахнет не привычными зельями, а чем-то мускусно-карамельным, не очень липким и теплым...<br />-- Смазка на основе верескового меда... – нехотя признается Снейп.<br />С ума сошел? Это ж раритет, такого и у выживших торгашей в Лютном переулке не достанешь. Тем более – на преподавательское жалование.<br />-- Сев?<br />-- Помимо лимонных долек, – голос Северуса течет по моим жилам не хуже, чем смазка по коже, -- у нашего покойника были и другие стратегические запасы.<br /><br />Люцебилл<br /><br />Флер никогда не удивлялась, откуда Билл так хорошо знает французский постельный жаргон – стажировка в магической Сорбонне еще и не такому научит. Да и клык в его ухе давно перестал царапать плечи жены – Билл слишком часто хватался за серьгу-портключ, чтобы не пропустить Вызов, вот амулет и затупился.<br />Маленькая Виктория уже гордится тем, что ее папа немного оборотень. Но все равно ревет, когда раз в месяц Уильям запахивается в теплую мантию и аппарирует в ночной лес.<br />Флер слишком занята тем, чтобы правильно воспользоваться днями свободы. Впрочем, она прекрасно знает, что Запретный лес Билла, это на самом деле зимний сад Малфой-мэнора.<br /><br />Маркус/Белла (в рамках «Базы»)<br />-- Девять... Восемь... Семь... – миссис Лестранж отгибает пальцы и отсчитывает время невесомым шепотом. Скоро начнет действовать тройная доза оборотки – ее хватит почти на сутки. Модифицированная версия, горькая, зараза. Хуже, чем паленый маггловский вискарь. Марк разглядывает голые плечи напарницы – вот-вот с них исчезнет тюремный номер, а Метка превратится в беззаботную татушку, украшение недорогой гостиничной бляди.<br />-- Четыре... Три... – породистые блэковские пальцы. Тонкие, музыкальные, в крошечных оковах фамильных колец. Серебро и белая платина. Наверное, красиво. Но он помнит, как они сочетаются с золотом: когда растопыренная ладошка ловца, в таких же фамильных цацках, смыкается на блескучем казенном снитче...<br />-- Что за... – лучшая киллерша магической Британии недовольно смотрит на свое голое отражение в зеркале. Белле плевать на возраст, ей непонятно, почему оборотка не подействовала сразу.<br />-- Давай еще подождем? – Марк сам нервничает, хотя сегодня он работает всего лишь прикрытием. Кто ж рядовому курсанту доверит такой заказ?<br />-- Три минуты. – Белла изучает часы на прикроватном столике. <br />-- Давай на скорость, а? – он скользит губами по привычно прямой спине, дует ей в затылок. Черно-седые волосы, соль с перцем, ничуть не хуже фамильного серебра. На Беллу без оборотки у него стоит гораздо сильнее...<br />-- У тебя что, с женщиной первый раз? Тринадцать... Двенадцать... – миссис Лестранж не смотрит на часы, отсчитывает время сама, дает Марку шанс отдышаться и закурить.<br />-- Нет, почему... просто впервые не с проституткой, -- смущенный Флинт стягивает с себя скользкий гондон.<br />-- Да ну? – Белла задумчиво вытягивает из-под себя заранее приготовленное шмотье под оборотку: какое-то сетчатое платье и лифчик с дырочками. – Восемь... Семь... Прекрати меня смешить... Коллега. <br />Марк печально смотрит на второй флакон оборотного зелья и приготовленное для него барахло – такую же униформу шлюхи.<br /><br /><br />Снюпин<br />-- Нокс.<br />Темнота убирает лишние детали, редактирует обстоятельства. В обманчивом мраке руку Ремуса можно нащупать, но обручального кольца на ней не разглядишь. <br />-- Спасибо... – Люпин продолжает смотреть на плечо Северуса, хотя метку теперь тоже не видно.<br />Часы на Хогвартской башне отбивают полночь, и Снейп вспоминает старую маггловскую сказку. Он рассказал о ней Рему четыре года назад... Странное было время. «У всех бывает медовый месяц, а у нас – только сусальное новолуние» «Кучер из нашей крысы получился так себе, так давай я хоть тебя в тыкву трансфигурирую?»<br />-- Они жили недолго... – Северус отмахивается от сказки привычным цинизмом. <br />-- Беспорядочно...<br />-- Встречались урывками...<br />-- Но были счастливы... – о этот ремов гриффиндорский оптимизм. А за окном начинают шебуршать неумолимые майские птицы.<br />-- Но умерли все равно в один день, -- Снейп улыбается.<br />Люпин не отвечает. Он слишком хорошо помнит, что у Северуса всегда было «отлично» по Прорицаниям.<br /><br /><br />Снейпоблэк для Мэвис. В стихах...<br /><br />Еблись благородно и чинно<br />Два парня у гриффов в гостинной...<br />Но Блэк изумлен,<br />Поскольку гондон<br />Налез Снейпу лишь вполовину.<br /><br />-- В подштанниках ты, как картинка,<br />-- Блэк мантию снял и ботинки:<br />-- Но, Нытик, послушай,<br />Не станет ли лучше,<br />Когда ты наденешь те стринги?<br /><br />-- Про Эванс сегодня не слова, --<br />Снейп рвет простыню как оковы:<br />-- Но ей на помолвке<br />Ты спой втихомолку<br />Про золото для голубого.<br /><br /><br /><br /><br />Дамблдор/???<br /><br />-- А как же моя душа, Альбус? -- привычно скулит Северус.<br />Дамблдор молчит. Как можно более строго – так, чтобы Снейп понял все сам, не изводил директора нытьем, не... Чтобы он сам не передумал. Это было бы слишком заманчиво – принять смерть от легкой подростковой руки.<br />Он представляет себе силуэт Драко – выросшего ровно настолько, что на него сложно просто так смотреть. Тонкий черный силуэт и дыбом вставшие светлые волосы. Черты лица не видны. Только фигура, уже не мальчика, но не еще мужчины. Только вихрь знакомых волос. Только дефект зрения -- если снять очки и прищуриться, то перед ним окажется семнадцатилетний Геллерт. <br />Альбус подтягивает дужку повыше и желает себе счастливой старческой смерти.<br /><br />Джеймсоблэк<br /><br />-- Бродяга, вылезай! – Поттер мягко оттаскивает от двери кошку, пытавшуюся прошмыгнуть на улицу. В окно видно, как Лили разворачивает коляску, чтобы объехать глубокую лужу. <br />Тяжелая оконная портьера неподвижна, но хлопка аппарации Джеймс не слышал. Значит, Сириус здесь.<br />-- Бродяга? – Поттер недовольно окидывает неприбранную комнату. Бутылочку Лили взяла, запасные ползунки тоже. Вряд ли она вернется за чем-нибудь во второй раз. И молоко, и теплый шарф наверняка найдутся у старухи Бэгшотт. Может и хорошо, что Гарри с утра капризничает: взвинченная Лили не обратила внимание на слишком встрепанный вид мужа. На расстегнутую рубашку и фатальное отсутствие носков. Да и одежду Сириуса удалось чем-то прикрыть. Непонятно только, куда спрятался он сам.<br />-- Бродяга, ну? – у них не так уж много времени. Джеймс привычно смотрит на часы и не сразу замечает выступившую из-за портьеры темную фигуру с белесым пятном вместо лица.<br />-- У-ууу...<br />-- Ступе... – Поттер обрывает сам себя. Отставляет палочку в сторону и пытается завалить Сириуса на пол. Тот упирается спиной в стену, мотает всклокоченной башкой.<br />Дешевая маска упыря из магазинчика Зонко слетает с него раньше, чем оставшиеся шмотки. <br />– Не вздумай так шутить при Лили, – дружеская затрещина сменяется торопливым поцелуем.<br />-- Хорошо, я потерплю до Хэллуина... – лицо Блэка продолжает оставаться удивительно серьезным. <br />Джеймс замирает. Тишина: ни скрипа коляски по гравию, ни раздраженного «акцио, зонтик». Что за...<br />-- Мэрлин, ты запутал меня в занавеске, -- ворчит Сириус и неловко падает в складки плюшевой тьмы. http://menthol-blond.livejournal.com/37823.html public 3 http://menthol-blond.livejournal.com/37510.html Tue, 26 Feb 2008 21:58:36 GMT http://menthol-blond.livejournal.com/37510.html Ориджинал<br />Название: Зима, весна, лето, осень/Concerto in g-minor<br />Автор: Menthol_blond<br />Бета-ридер: Эллин Асгерд<br />Жанр: slash, PWP, PG-13<br />Объем: mini<br />Саммари: Сюжет? Какой сюжет? Это дрочилка.<br />Warning: Романс. Возможно флафф, если он существует в условиях современной отечественной действительности.<br />Дисклаймер: Все права на персонажей принадлежат Menthol_blond, все совпадения случайны.<br />Посвящение: Тебе от меня. Естественно, с любовью.<br /><br /><a name="cutid1"></a><br /><br />1.<br />Январь, да? Первый месяц. Как с чистого листа, потому что новый год начался. Впрочем, у разных народов по своему. В Израиле в сентябре новый год празднуют, в Китае и где-то еще на Востоке -- в феврале. Есть еще Старый Новый, исключительно наша мулька, праздник-дублер. Если ночь на первое января не задалась, то тринадцатого этот недостаток можно исправить. Мы с тобой, кстати, исправляли. Помнишь? Наверняка должен помнить, но вообще я это все к другому говорил. К тому, что если мы с тобой -- такая вот социальная единица, вроде как цивилизация в миниатюре, то летоисчисление должно начинаться со дня знакомства. Или с того дня, когда у нас все началось? Хм... Или лучше все-таки с января начать? <br />Итак, утро тринадцатого января две тысячи лохматого года от Рождества Христова выдалось вполне себе зимним и морозным. С разводами инея на стеклах входных дверей. С белыми барханами на скамейках скверика, с жесткими полосками снега, превратившими окна в учебное пособие "вид сугроба в разрезе". Впрочем, к полудню вся эта красота потемнела и размякла, словно попавшая в глубокую лужу новогодняя открытка. Ну вот, опять вместо сказочного января слякоть и другие радости мегаполиса. Но это тоже неважно. Асфальт в слякоти, тротуары в кисельно-сером месиве. Ты в легком смущении от простого вопроса:<br />-- Что у тебя с руками? <br />Пытаешься накрыть кулак ладонью, чтобы скрыть от меня лопнувшую кожу на костяшках. Одни болячки спрятались, зато другие теперь на виду. Можно подумать, что сбылась архаичная, медицински-дворовая страшилка -- "Будешь себя там трогать -- пальцы отвалятся". Ничего не отвалятся, конечно. Тем более, что тебя там в основном трогаю я. А трещинки на покрасневшей коже -- потому что без перчаток ходишь. <br /><br />Первое время Витька врал мне, что их теряет. На третью встречу раскололся:<br />-- Я их не люблю. Все кажется, что, как только перчатки надену, сразу настоящая зима начнется, понимаешь?<br />Понимаю. Сам такой. Только старше на двадцать лет.<br />Восемнадцать и тридцать восемь. Целое поколение. Двадцать лишних январей, двадцать старших февралей и так далее, и тому подобное... Я старше Витьку на больший возраст, чем ему самому сейчас. Сложно. Причем не только в тех случаях, когда я объясняю, над чем сейчас шутил. Сложно не дать понять, как это: когда уже примирил себя с тем, что вот такого, взаимного, обоюдномужского интереса больше в жизни не будет. Когда на себе в каком-то смысле слова крест поставил. Не хотел, конечно, но... В общем, мысленно похоронил себя за плинтусом, а потом резко возродился. Иногда страшно от этого: кажется, будто я свою собственную юность себе обратно оттягиваю. Отнимаю ее от Витьки.<br /><br />На "Виктора" ты, кстати, почти не откликаешься. Жесткое имя, паспортное, взрослое. В обиходе у нас другое -- "коллега", "кадет", изредка "Радость моя". Потому что Витька, действительно, в радость... Даже когда просто молчит, слушает и кивает. В зрачках плавает свет от прикроватной лампы... <br />Глазищи золотистые блестят. Как свежая заварка в чашке тонкостенного фарфора, как янтарные капельки меда на свету, как тяжелая полоса закатного солнца на чистом паркете, как... И сам себя обрываю на полуслове, потому что дыхание перехватывает. Замираю на секунду, будто оглядываюсь, хотя чего оглядываться, в моей квартире мы одни, а потом тянусь или прижимаюсь, или тыльной стороной пальцев по подбородку провожу:<br />-- Радость моя...<br />Идентичная дрожь при первом прикосновении, взаимные робость и неловкость, похожий жар в губах, и еще одна дрожь -- когда холод чужих пальцев кажется ожогом... Когда напряжение проходит, потому как понимаю, что ты тоже боишься и тоже не сильно это скрываешь... Когда прислоняешься к чужой спине, а кажется, что позвоночник гудит у тебя. Когда чувствительность такая, что контроль теряется даже не от прикосновений, а от горячего дыхания над зудящей и изнывающей кожей. А потом -- одновременное удивление, когда доходит, что у нас все получилось...<br /><br /><br />2.<br />Кафушка, расположенная в угловой булочной, за последние двадцать лет сменила штук пять официальных названий, пяток ремонтов и три десятка заведующих. Но кодовое название "Стекляшка" оставалось неизменным. "Стекляшкой" она оставалась и сейчас -- бетонная стена с обоями под кирпич и три запотевшие стеклянные витрины. Запах свежего кофе и сохлых слоек с повидлом и песком, разведенный кипятком и соком кагор, именующийся глинтвейном... А в дополнение к ним -- золотисто-зеленый аквариум с рыжими рыбами, мудрыми и наверняка прокуренными. И дым всегда стоял не коромыслом, а вопросительным знаком от дискуссий, сквозняк наметал от дверей дождевую пыль и обрывки "самых важных" разговоров, нитка чайного пакетика трепетала на ветру, как леска крошечного змея...<br /><br />Прийти вовремя, никого не застать. Тянуть свой кофе -- медленно и почти тоскливо, потому как на второй денег может не хватить, а сидеть просто так -- неуютно. Антон, когда про это узнал, почти сердился -- заказывай, а я потом приду и оплачу. Но это неудобно. <br />Так что -- просто кофе. Без сливок, сахара и намеков. И цивильный разговор. То есть не разговор. Внутренний монолог, слегка обиженный. Потому что Антон опаздывает. А тут неуютно. И за окном гроза ненормальная, ей в мае полагается быть, а не в середине марта. <br />Ливень по стеклу размазался. Густые потеки. Только фары за окном видно и невнятные фигуры. Будто рама не оконная, а от полотна импрессионистов. И вот это черное пятно может быть чем угодно -- прохожим, который мимо "стекляшки" идет, или все-таки Антоном, промокшим насквозь и слегка запыхавшимся. Почему-то, когда просто по улице бежишь, на тебя все оглядываются, а когда под дождем и без зонта -- то это нормально: человек вымокнуть боится. Антону без разницы, хотя пальто уже выжимать можно. Главное, чтобы Витька не ушел.<br />Теперь Антон встряхивается, выбирается из черной шкуры. И старается не сбиваться на виноватый тон, когда в очередной раз объясняет, что на работе завал, и пораньше освободиться не было никакой возможности, а уйти и оставить все на коллег тоже никак нельзя.<br />Витька кивает. С печальным и очень умным видом, как профессор на экзамене. Салфетка на черном столе белеет экзаменационным билетом. И у Антона неизвестно почему мгновенно леденеют руки и даже колени под брюками. Будто и вправду сейчас билет вытащит. Не сможет на него ответить и будет навсегда изгнан. Не то из "стекляшки", не то из легкомысленной витькиной жизни. <br />Но Витька не спрашивает, Витька молчит. Опоздание-то не первое, и даже не пятое по счету. Уже ругались из-за этого. Уже мирились. <br />-- Послушай... у меня действительно много работы... И я действительно не мог уйти ровно в шесть.<br />Витька снова кивает. И улыбается:<br />-- Знаешь, есть такой анекдот. Детский совсем. Подходит внучек к деду-адмиралу и говорит: "Дедуля, я никак запомнить не могу, а на каком ты корабле плавал. То ли "Шлюха", то ли "Проститутка". Дедуля багровеет, хватается за сердце и кричит: "Запомни, внучок, я служил на эсминце "Безотказный". Смешно?<br />Не особенно. Зато не сердится.<br />-- Так, стоп, подожди. Ты на что намекаешь?<br />Витька не намекает, Витька дразнит. Молчит и при этом смотрит на собеседника очень умными глазами. Как персонаж старой байки про собаку Павлова и абитуриента. Или просто, как собака. Которая в любви признается молча, выражая ее поскуливанием и прикосновениями шершавого языка. У Антона, кстати, язык тоже шершавый. Интересно, кто из них чья собака?<br />Но такого Витька говорить не будет. Он в любви, если честно, пятый раз всего признается. Правда, четыре раза из этих пяти -- Антону, но это уже мелочи. <br />--Так вот, Тош, ты и есть эсминец "Безотказный".<br /><br /><br />3. <br />Май, сессия на горизонте. То есть, у Витьки на горизонте, Антон свои последние сессии пятнадцать лет назад сдал и торжественно отметил. И теперь на правах дипломированного специалиста может категорично руководить подготовкой. Притащить с балкона короткую стремянку, на четыре ступеньки, как в библиотеке. Растопырить ее посредине коридора.<br />Коридор слегка напоминает замковую галерею -- длинный, странно-узкий, с лампой-фонарем под высоким потолком, с ровным блеском стекла на том месте, где должны быть стены. Вместо них вплотную, так, что обоев не разглядеть, -- книжные полки. Тяжелые суровые тома в потертых обложках, матерчатые корешки учебников и старых собраний сочинений, золотистый шрифт словарей и справочников. <br />Витька ругается, но честно лезет по чудо-лестничке на самый верх, доставать очередной нужный фолиант. Антон с трудом скрывает ухмылку и наблюдает за партнерскими трепыханиями. А потом шагает из дверного проема в коридор.<br />Сейчас он придвинется ближе, положит ладони Витьке на бедра, сильно обхватит -- так, будто они не в коридоре дурачатся, а где-нибудь над обрывом, по-над пропастью... И руки отпускать нельзя, внизу бездна. Витька дернется слегка, но вырываться не станет. <br />-- На одну ступеньку спустись? -- а руки не разжимаются, держат крепко. Не больно, а просто уверенно. <br />И Витька, ничего не понимая, кивнет, и обязательно спустится, но сперва все-таки прихватит с полки нужную книгу. Шагнет неловко, глядя себе под ноги, приближая напряженную спину к лицу Антона. Замрет. Чуть покачнется. Почувствует привычные уже касания: Антон убрал ладони, передвинул их вперед и наощупь, не глядя, расстегивает на нем джинсы с заедающей молнией. Касается темной ткани белья, огибает косой шов и резинку. Пальцами по бархатистой мякоти, по жестким кольцам волос в паху, по оживающему телу... Неслышные касания, беззвучные... <br />А потом обе тряпичные шкурки -- и джинсовая, и вторая -- потихоньку сползают вниз, к изнанке коленей.<br />Поцелуи лопаются на коже капельками воздуха. И дрожание, напряжение, нарастающий сладкий жар пока еще не прорываются наружу, лишь намекают о себе короткими стонами: Витька от своей полушкольной конспирации так и не избавился, реагирует шепотом. Он поводит лопатками, которые до сих пор скрыты под рубашкой, не выпускает столь актуальную книгу из рук, наоборот, трется об нее острыми сосками... Пытается, не смотря на спутанную одежду, чуть-чуть развести ноги, приготовиться к любому движению Антона.<br />А тот разворачивает Витьку, так осторожно, будто это не ступенька в полуметре от пола, а гимнастическая трапеция где-то под куполом. Молча, одними жестами, просит усесться на верхнюю площадку стремянки. И опять целует, поглаживает, тыкается носом во впалый живот и в воронку пупка... А потом торжественно скользит губами, деликатно присасывается, точно и ласково щекочет шершавым языком... И сравнение просится только одно, про какой-нибудь волшебный рог, в который трубили, призывая на помощь мифическое чудовище, или поднимали вместо кубка на победном пиру. Но на сравнения уже никаких сил нет, если честно... И можно лишь в очередной раз довериться антоновским рукам, которые прекращают поглаживания, и снова крепко обхватывают...<br />-- Куда тебя? В постель?<br /><br /><br />4.<br />Мы поссоримся ровно через два месяца. День в день.<br />Будет заканчиваться июль, безнадежно-пыльный, абитуриентский месяц. Пятница, вечер, город забит. И трамвай идет медленно-медленно, застревая на каждом светофоре.<br />Витька эту дорогу уже наизусть выучил, даже в трех вариантах: в самом бестолковом, который от метро, в звеняще-трамвайном, с плавной перекличкой деталей городского пейзажа за окном, и пешим. Антон от метро до дома всегда прогулочным шагом добирался. Объяснял, что вот так, на ходу, очень многие вещи хорошо придумывать. Как раз на первом светофоре появляется сомнительная версия, а к тому моменту, когда загорается кнопка вызова лифта, эта самая версия уже оформилась в предложения и даже абзацы. Садись за клавиатуру и записывай. <br />В первый раз Витька ни маршрут, ни железно-плетеные ворота во двор, ни гулкий подъезд с колоннами за свои родные не признал. Только удивился слегка высоте и ширине пролетов, и лифту в сетчатом панцире. <br />А сейчас он этот лестничный закуток наизусть выучил, до последней щербинки на прохладном кафельном полу: сидишь на подоконнике, ждешь, пока собеседник сигарету добычкует, а разговор тем временем сворачивает на новый виток. И остаешься на месте, сосредоточенно киваешь, не сводя глаз с бледного оранжевого огонька. А оппонент тем временем так распаляется, что забывает затянуться. И все время кажется, что правильный ответ на все вопросы скоро придумается. Пока что надо просто еще несколько фраз произнести. Тянешь эти фразы из себя, как фокусник пестрые ленты из шляпы. Сперва атласные ленты, а потом кролик. А тут вместо кролика -- главная истина. Только до нее никак не доберешься, отвлекают всегда.<br />-- Я же тебе ключи оставил? -- У Антона глаза виноватые, но довольные. На висках пот, на белом пиджаке широченная зеленая полоса через рукав, как повязка, -- это он о лестничные перила приложился, не иначе. <br />Витька пожимает плечами. Не хотелось ему в чужом замке ключами ковыряться. Здесь, на подоконнике, ждать куда удобнее. И нервничать тоже:<br />-- Ну что?<br />-- Получилось.<br />Безмятежная жара и глухой стук - на соседнем доме новым железом крышу обшивают. Странный звук. В самый раз не для городского центра, а для дачного поселка.<br />-- А... <br />Поздравить надо. Обязательно.<br />-- Тош, а ты когда улетаешь? -- губы как неживые. Нижняя треснула. Она вообще у Витьки часто трескается. Антон из-за этого целуется всегда очень осторожно.<br />Губами в плечо, языком под горло, ну что ты вертишься, я сам хочу расстегнуть, ну мало ли, может, у меня носки дырявые, да у тебя их вообще уже нет... Ага, ничего нет, ни стыда не совести, только... Ой, а еще так можешь? Что, понравилось? Очень. Сладко оно. Нежно. Удивительно. С каждым движением -- очередное открытие. Кожа гудит, как раскаленное железо на летней крыше. И сильнее-сильнее, ага, еще-ееее... И.<br />Широкий подоконник, перекрестье распахнутой рамы, свет ослепительный летний, рябящий в глазах. Воздух извивается от жары, пропускает через себя порошины тополиного пуха. И лучше бы этот пух в глаза и нос забивался -- можно было бы чихнуть, сморщиться, хоть позу сменить. Потому как руки и ноги мгновенно затекли, а шевельнуться, ближе придвинуться нельзя никак... Невозможно. Кажется, что у тебя никаких прав на это нет. И ты молчишь. И молчит собеседник твой, изученный до беспамятства, твой собственный, до безумия твой... Все. Расходимся. <br />Можно только спросить "а когда у тебя самолет", пообещать, что писать будешь, еще там чего-то. Но это уже не по настоящему бодро будет. Как при прощании. Ну, как будто Антон прямо сегодня улетает. И навсегда. <br /><br /><br />5.<br />В том же сентябре Витька начнет курить. Невсерьез, за компанию или под настроение. Или... Когда от опустошающей истомы, чем-то похожей на невесомость, начинают слипаться глаза и очень хочется ткнуться носом куда-то Антону за ухо и так лежать. Не шевелиться, только постанывать, когда потертую, пылающую кожу снова гладят. Вроде как успокаивают, хотя на самом-то деле возбуждают. И противиться этому невозможно. Можно только слегка подставляться. Зарываться пальцами в белесый антонов ежик и фыркать.<br />-- Ты у меня что, блох решил поискать?<br />-- Нет... <br />-- А что тогда ерзаешь?<br />-- А... -- и ведь не объяснишь ни разу, поэтому и тон приходится сбавлять, менять на чуть капризный:<br />-- Ты сегодня брился вообще или нет? А то у меня все бедра в царапинах.<br />-- Гнусная клевета. Пустые домыслы и...<br />И Антон на самом деле собирается идти бриться. Оставляет Витьку одного, в постели. Да еще и предупреждает, чтобы не смел курить в комнате. А искать одежду лень до ужаса. Хорошо, что они раздевать друг друга начали как-то по дурацки, с ботинок. И бессменное черное пальто валяется на полу, как силуэт увеличенной в несколько раз вороны. Можно оглянуться на дверь и поднять пальто с пола. Не застегиваться, а так, замотаться. Оно будет совсем не по размеру -- Антон ведь пониже и... поосновательней. Но здорово-то как. Как в броне и при этом нежно. Потому что подкладка шелковая, и этот шелк трется и обволакивает все еще влажную кожу. Укрывает. А ботинки тоже можно не зашнуровывать. Прямо так, через всю комнату к балкону. Табачная горечь мешается с осенней, влажный воздух заставляет пальцы подрагивать, а мурашки на коже крупные, почти как дождевые капли. И затяжка отзывается раздраженным эхом у правого виска, курить почти не хочется, просто следишь за белесой дорожкой дыма. Ждешь, когда за тобой вернется Антон. <br />-- Ты что, простудиться хочешь?<br />Нет, ни разу. Тебя хочу, это понятно. А еще -- территорию пометить, себя пометить тобой. Твоими вещами тоже. Но в первую очередь -- твоим беспокойством.<br /><br /><br />6.<br />Теперь мы живем на два часовых пояса: по местному времени, и по тому, что высвечивается у тебя на мониторе -- на много часов вперед. Или на тысячи километров, что тоже почти безнадежно. Конечно, Интернет никто не отменял, Слава тебе Господи, только... электронка -- она и есть электронка. Сперва забываешь интонации собеседника, потом тембр голоса и одновременно запахи. А там уже по нарастающей, потому как через монитор не воспроизведешь гладкость кожи, беззвучное подмигивание, разговор одними жестами, улыбку вместо утвердительного ответа. <br />И остается только вспоминать об этом -- с утра до вечера задумчиво, а с вечера до утра -- неспокойно. И в каждом электронном сообщении, каждой приблудной смске прятать, как в нарисованном ребусе, слабенький намек на последний предотъездный день. Даже не намек, а что-то совсем эфемерное, как память запаха. Нескольких запахов -- жесткой отдушки белья, типографского аромата на сохранившемся самолетном билете, горькой стерильности влажных салфеток и антиожоговой мази. Такой вот первый осенний букет, неуклюжий и хрупкий...<br /><br /><br />7. <br />Витькина напряженная морда -- это первое, что Антон видит в аэропорту. Хотя нет, второе. Первое -- это сигареты соседа по креслу. Пачка бликует под неоновыми лампами, а сам мужик диким галопом, подкидывая задницу и забыв про чемодан, несется на выход, распихивая толпу за стеклянным барьером. Задевая Витьку. Ага, он уже тут. Стоит, глазами хлопает и тянет повыше самодельный плакатец "herr Mylnikoff, добро пожаловать!" Не хватает добавки - "на историческую родину". В фамилии -- две ошибки, если придираться. <br /><br />Я не придираюсь, зачем оно мне сдалось. Синие маркерные буквы на обложке тетрадки формата А-4. Тетрадь твоя, а вот маркер явно левый. Ты потом объяснишь, что выцепил его у секретарского вида девочки, из тех, что пританцовывают со служебными табличками "Транс-тур-чего-то-там", "Сев-Нефте-Газ-хренас" и все такое прочее. Про секретутку, маркер и гениальную идею с приветствием я узнаю сегодня же. Про то, что ты в аэропорту четыре с лишним часа торчал, ты скажешь гораздо позже. А пока я приветствую тебя:<br />-- Бонжур. Ай шпрехен зи дойч тре маль.<br />-- Какие проблемы, шеф. Андестенд, поехали. <br />Ржач. И ты тянешь меня отсюда, куда-то под одну лестницу, потом под вторую, в сторону курилки что ли... Да нет, зачем курилка, обычный закуток между сортиром и банкоматом. <br />Вокруг толпа. Даже не толпа, а наплыв и нашествие. Декабрь, горящие путевки, горячий кондиционер, раскаленные стекла и плавленый воздух, густой-густой, как сироп от варящегося варенья. <br />Ты тянешь и при этом трещишь что-то невообразимое, на смеси киношного американского, школьного английского и порнушного французского. Тут духота нереальная и пахнет праздником и грязью, как в цирке. И ты, не то как фокусник, не то как карманник, облапываешь меня, стараясь замаскировать прикосновения под пародию на объятья:<br />-- Шнеллер-шнеллер, руссиш швайн. Ма белль, Антуан, авек плезир, гоу ту найт. Ин зе фэмили биг нихт клювен клац-клац, мамма мия!<br />Дурака валяешь. Я бы подыграл, да у меня сейчас со словами проблемы. Даже с русскими.<br />-- Я соскучился.<br /><br /><br />8.<br />А декабрь -- он и есть декабрь. С учетом всех, самых романтических, самых сказочных штампов. Метель за плотно пригнанной шторой, сияние прикроватной лампы, разметавшиеся волосы, сладкий вздох в сердцевину подушки, вмятинка на истерзанной нижней губе, ласковое "шшшш, засыпай" -- шелест по виску, надежное тепло пледа, объятия, которые лень прекращать, хоть рука и затекла... Не было только добропорядочных апельсинов, с крошечными колючими брызгами, праздничным запахом и оранжевыми чешуйками упавшей на пол кожуры -- витькина аллергия на цитрусовые в этот идеализм никак не вписывалась. Впрочем, яблоками в постели можно чавкать с не меньшим успехом... <br />-- Что ты там опять грызешь? Гранит науки? <br />Подколку Витька пропустил мимо ушей -- от голода в желудке что-то отвратительным образом пищало и даже квакало. Ну не мог Витька нормально завтракать прямо с утра, хоть стреляйте. Организм сонный, а от еды еще больше дремать хочется. Этой аргументацией даже мама в конце-концов прониклась. Прекратила ежеутренюю пытку раскаленной яичницей. Подкидывала ему в карман куртки то яблоко, то плитку шоколада. Витька не протестовал, хотя мог про эти беличьи запасы напрочь забыть. Сейчас вот вспомнил, к счастью, и метнулся за брошенной в коридоре курткой. Точнее -- за яблоком. <br />Не очень большое, с полкулака размером, белый налив. То самое яблочко, которое "куды ты котишься" от дверей да по паркету, запретный плод сладок и недалеко от яблоньки.<br />Яблоко скрипит. Сам Витька тоже скрипит -- от яблочного сока и от пота немножко, а еще, кажется, слегка урчит при этом. Спасибо, что не чавкает. Чавканье Антон не прощает. Никому-никому, даже вот этому вот теплому, вредному, совершенно своему... С темной челкой до темных бровей, с яблочным семечком над верхней губой -- как дамская мушка, отвалится скоро, жалко фотоаппарата нет под рукой, можно было бы сфотографировать... А можно было осторожно потянуться языком к прилипшему семечку, попробовать его слизнуть.<br />А еще можно ругаться шутливо, потому как Витька, чудовище, уничтожив яблоко, запускает липкие пальцы в его белобрысый, оберегаемый от посягательств ежик...<br />-- Ну вот что ты делаешь?<br />-- Мммм... Я ничего не делаю. Я сплю. Хррр... Похоже?<br />Угу, ребенка не кантовать, у ребенка сессия. Ребенок последние лекции в семестре прогулял, потому как к нему добрый дядя приехал. То есть не дядя, конечно, ни разу. И приехал Антон вроде как на рождественские каникулы, только об этом никто-никто не знает. Поэтому он телефонную трубку не берет и на письма не отвечает -- не хочет себя от Витьки отрывать. Времени мало. Второго вечером самолет обратно. То есть -- послезавтра уже. <br />А потом опять, по накатанному -- январь, февраль, март, апрель. И т.д. etc. Письма и телеграммы. То есть -- эсэмэс, но это неважно. Три месяца там, неделю здесь -- но это, только если повезет, за свой счет туда обратно не налетаешься, а выбора нет. Работа такая. Жизнь такая. Но, наверное, лучше так, чем совсем никак?<br />Тридцать первое, вечер. Год кончился. Послезавтра встреча кончится. Каждая поездка -- три, четыре, пять месяцев в минусе. Интересно, от какой даты их отрывают? Сколько у них в запасе? Впрочем, можно ведь и по другому подсчитывать. С пониманием -- сколько у них всего уже было. Если, как на подводной лодке, год за три, то... Год и получится, как ни крути. Прожитый совсем-совсем вместе, без учета работы, поездок, института, родителей, от которых Витька скрывает эту историю, знакомых и незнакомых, от которых Антон отгораживается автоответчиком и определителем номера. Примагнитились друг к другу -- не оторвать. Кажется, что так у них и будет. Если не навсегда, то, по меньшей мере, еще на год. Чтобы было, что перебирать в следующем декабре... Или, какая разница, в каком месяце. Цивилизация, состоящая из двух людей, вправе ввести свое собственное летоисчисление. И, как всякая цивилизация, она надеется, что ей удастся избежать распада. Даже вопреки законам логики.<br /><br /><i> Menthol_blond, январь-февраль 2008 г.</i> http://menthol-blond.livejournal.com/37510.html public 11 http://menthol-blond.livejournal.com/37298.html Sat, 29 Dec 2007 19:24:45 GMT http://menthol-blond.livejournal.com/37298.html Оридж маленький, низкорейтинговый, PG-13.<br /><br />Ориджинал<br />Название: Пуговичный король<br />Автор: Menthol_blond<br />Бета-ридеры: Мэвис Клэр, http<br />Рейтинг: PG-13<br />Объем: мини<br />Дисклаймер: Все права на персонажей принадлежат Menthol blond, все совпадения случайны, все детали взяты из жизни<br /><br /><br />Текст висит вот <a href="http://www.snapetales.com/index.php?fic_id=3714"> здесь </a><br /><br />Всех с Наступающим НГ и тд. http://menthol-blond.livejournal.com/37298.html public 14 http://menthol-blond.livejournal.com/37091.html Wed, 28 Nov 2007 16:22:00 GMT http://menthol-blond.livejournal.com/37091.html Замоталась и забыла запостить, хотя уже месяца как два прошло...<br /><a href="http://menthol-blond.slashfiction.ru"> Спальный район </a> --- это мой официальный сайт со всеми ориджами, включая не выкладывавшиеся в этом ЖЖ "Армагеддон" и "Птицу"<br /><br />МБ http://menthol-blond.livejournal.com/37091.html public 1 http://menthol-blond.livejournal.com/36216.html Mon, 28 May 2007 16:38:19 GMT http://menthol-blond.livejournal.com/36216.html Снейпоблэк в стихах. Для Мэвис.<br /><br /><a name="cutid1"></a><br /><br />Гриммо, двенадцать. Я здесь. Что теперь?<br />Дама с портрета привычно беснуется.<br />Блэк, прекрати бросаться на дверь,<br />Будто и впрямь тебе надо на улицу.<br /><br />Все несерьезно -- на пару секунд.<br />Стены не выдержат жара и тяжести.<br />Мерлин, кого сюда черти несут?<br />Блэк, ты сопьешься быстрей, чем мне кажется.<br /><br />Знать бы, что было последней мечтой,<br />Был черным псом, стал звездою падучею...<br />Блэк, это глупо. Теперь ты -- ничто,<br />И огрызнуться в ответ не получится.<br /><br />Дети -- придурки. Что тот, что другой.<br />Один хочет мести, другой -- моей смерти.<br />Блэк, если б я вдруг пришел за тобой,<br />Ты бы , наверно, не сразу заметил.<br /><br />"Авада..." И все остается, как есть.<br />Лишь тело булавкой заклятья проколото.<br />Блэк, у тебя ведь теплая шерсть,<br />А за Завесой, наверное, холодно...<br /><br /><br />Menthol_blond, 28.05.07 http://menthol-blond.livejournal.com/36216.html public 0 http://menthol-blond.livejournal.com/35974.html Sun, 06 May 2007 01:29:11 GMT http://menthol-blond.livejournal.com/35974.html Название: Если, вдруг...<br />Фэндом: Harry Potter<br />Автор: Menthol_blond<br />Жанр: slash, UST, drama<br />Объем: mini<br />Пейринг: Малфойцест<br />Рейтинг: NC-17<br />Дисклаймер: Все права принадлежат Джоан Роулинг...<br />Саммари: До летних каникул осталось всего ничего<br />POV Люциуса Малфоя<br />От автора: Для Aqua-r-elle, с благодарностью за иллюстрации...<br /><br /><a name="cutid1"></a><br />Четверг тоже можно не считать, хотя он начался всего четверть часа назад. У тебя остается восемь дней… Ты подсчитываешь эти проклятые дни с обреченностью подсудимого, который понятия не имеет, что он получит в результате – смертный приговор или свободу… И тебя точно так же кидает то в безысходность, то в нервную дрожь. Сладкую дрожь. Такое ощущение, что внутренности сейчас тоже покрыты мурашками… И убрать их может лишь прикосновение… Легкое касание, затяжной, многогранный поцелуй… Ты готов описать эти ласки задолго до того, как они произойдут на самом деле. А ведь произойдут, да?<br />Предчувствия тебя не обманывают. Зато тебя обманывает твое собственное тело, чертова оболочка, так похожая на ту, что принадлежит ему. <br /><br />Когда это началось, а? Прошлым летом, в самом начале июля… Ты можешь безошибочно назвать день и час, но лучше этого не делать… Слишком уж сочным и живым остается воспоминание почти годичной давности. Оно ведь до сих пор тебя возбуждает, правда?<br />Это было ночью, почти такой же как эта… Только вот за окном было чуть пожарче, да листва на деревьях выглядела пожестче…<br />Обычная ночь, ничего особенного. Над твоим письменным столом парила очередная пара свечей – третья или четвертая по счету. И в глазах рябило от исписанных пергаментов, а стрелки на схемах начинали подрагивать, совсем как усталые пальцы.<br />И от усталости – многослойной, накопившейся за пару недель, прошедших со времен Возвращения, -- тоже ломило все тело. А отдохнуть или отключиться не было никакой возможности. Тебя могли вызвать в любой момент. И вызывали. Так часто, что Метка, кажется, начинала болеть от любого случайного прикосновения, от слишком теплого летнего воздуха, от обманчивой прохлады воды.<br />Но в ту ночь вызовов не было. Ни от Хозяина, ни от проныры Петтигрю, налепившего на свою серебряную руку старый орден Мерлина, тот самый, что получил когда-то посмертно. И от бумажной работы мутило так, что ты уже сам искал повод, чтобы отвлечься. Не нашел, начал просто бродить по сонному дому. <br />В столовой метнулись тени эльфов, накрывавших стол к завтраку, – а ведь и правда светает. <br />В широкое окно гостиной упорно долбился крупный и очень некрасивый ночной мотылек. <br />В его комнате была тишина. Такая ровная и безмятежная, что тебе даже стало обидно. Хотя ругань с собственным сыном -- это не самый лучший способ восстановить силы. А ничем иным ваши разговоры с Драко и не заканчивались. Первое время он отчаянно обижался на тебя, жаловался матери или даже всхлипывал тихонько. Потом стал огрызаться. Разумеется, без всей этой школьной лексики, Мерлин упаси... Двух затрещин было достаточно для того, чтобы Драко уяснил разницу между квиддичной раздевалкой и твоим кабинетом. Ваши перепалки, как правило, заканчивались в твою пользу. Ты мог припечатать Драко особенно острой репликой или прервать разговор короткой, тяжелой, отнюдь не аристократической оплеухой… И ты почти радовался, видя, что подобные меры не отбивают у сына желания спорить снова…<br />Но в ту ночь в его комнате было темно. А ты все равно вошел, сам не понимая, зачем… И замер. Сперва – чтобы привыкнуть к темноте, затем – потому что вообще забыл, как надо шевелиться.<br />Твой сын не спал, хотя глаза его были закрыты. Точнее – сильно зажмурены, так, что лицо слегка перекосилось. Но это было совсем неважно… Потому что в этот момент Драко был занят совсем другим делом, тайным, подростковым и, в принципе, неприличным… Что там тебе когда-то про это говорили? "Если это делать – то обязательно ослепнешь". Или "волдыри на ладонях появятся". Или "волосы вырастут", все на тех же ладонях… Но тебя, по крайней мере, никто никогда не заставал в таком положении. А вот Драко не повезло. Или – наоборот?<br /><br />Одеяло неопрятной кучей белело на полу, одна из подушек тоже была готова вот-вот соскользнуть вниз. Но ни его, ни тебя это не волновало. Пальцы Драко двигались довольно уверенно и очень-очень быстро. Ему не хватало какой-то доли секунды… Подушечки пальцев терлись о головку члена, как именно – в темноте не разобрать. Острый локоть стремительно дергался туда-сюда, рука скользила по простыне… А по его члену уже расплывалась, растекалась сперма, мало чем отличающаяся по цвету от незагорелой кожи… <br />Короткий вскрик можно было принять за громкий зевок. Ты бы так и сделал, если бы находился сейчас в коридоре. Но ты был здесь, в комнате, которая, кажется, была заполнена теплой, черной, сладковатой водой. Запах разложения. Запах разврата… <br />Ты сам был готов кончить, глядя на то, как Драко, так и не раскрыв глаз, возит перемазанными пальцами по собственной коже. Пытается ущипнуть себя за сосок, осторожно скребет ногтем по второму… Покусывает губы, а ладонь тем временем возвращается на исходную позицию, мягко обхватывает расслабленный, уменьшающийся на глазах член… Пальцы несколько раз проезжаются по мошонке, а потом Драко переворачивается на бок, спиной к тебе… И ты не сразу понимаешь, что он сейчас, кажется, готов растянуть себя своими же собственными пальцами… И это и впрямь происходит… В темноте ты видишь только лишь аккуратное белое пятно ягодиц да смутную тень растопыренной, изогнутой ладони… Ты начинаешь все сильнее и сильнее отвлекаться от этого зрелища – слишком уж тяжелая дрожь сотрясает тебя самого, слишком уж сильно тебя сейчас тянет… Туда, к нему... А если быть точным – то в него. <br />И ты трясешься, не двигаясь с места, сжав губы в узкую полоску – а Драко тоже их так сжимает, чтобы не разреветься… И тебе сейчас тоже хочется разреветься, точнее – тяжело всхлипнуть, а потом навалиться на эту чертову слегка ссутуленную спину, прихватить зубами выступающий краешек лопатки, скользнуть языком по острому плечу. А потом -- твои пальцы поверх его пальцев, и твоя ладонь на его ягодицах, а он сам – на тебе, лицом к лицу, и капелька пота стекает по чуть дрожащей щеке. Какая же дикая жара стояла той ночью…<br /><br />Тогда ты дождался еще одного вскрика – одинокого, больше похожего на птичий… И мягко отступил назад, торопясь успеть, четко зная, что в ближайшие пару секунд Драко еще будет дышать очень громко, а потом, наконец, успокоится и начнет сонно прислушиваться к обманчивой тишине. К порочной тишине… Теперь неприличные жесты и запретные звуки принадлежали тебе. Правда, ты все-таки успел закрыть свою дверь. В отличие от сына… <br />В то лето Нарцисса никак не могла понять, что за черная кошка между вами пробежала… Списывала все на твою жуткую занятость, на вечный аврал, начавшийся в день Возрождения Хозяина… Кажется, она и Драко объясняла то же самое. И правильно делала… <br />Ты как-то застал обрывок их разговора. Цисс терпеливым голосом повторяла "У нашего папы сейчас слишком много проблем…" Одна рука Нарциссы неловко скользила по собственному предплечью, потирая не метку, а твой утренний засос, а другая торопливо касалась нахмуренных бровей сына. <br />Тебя тогда так поразил этот жест. Ты не мог дотронуться до Драко. Понимал, что после первого же прикосновения перестанешь владеть собой... И потому все лишние движения, все непристойности и разнузданные ласки доставались жене, отвыкшей от такого изобилия за последние годы… <br />Ты в очередной раз поражался тому, что Драко оказался похожим на вас обоих… И в знакомых чертах, прекрасно изученных за двадцать лет сожительства, ты искал сейчас другие, похожие… Радовался, обнаружив одинаковые родинки, восхищался, что ее кожа остается все такой же эластичной, пусть и с помощью зелий и заклятий… И она принимала эти комплименты с радостью и благодарностью, не удивляясь, что вместо ваших привычных поз ты начал практиковать другие. Ты больше не заглядывал ей в лицо, лишь зарывался пальцами в волосы – такие легкие, такие светлые… Правда – слишком длинные.<br /><br />А Драко доставалось совсем другое. Короткий окрик, резкая словесная дуэль… Самыми мягкими словами в ней были "кретин" и "неудачник", но ты изобретал все новые и новые приемы, чтобы заставить сына покраснеть, прикусить губу, выдохнуть – так же тяжело и яростно, как и в ту секунду, когда он кончает. <br />Будь у тебя такая возможность – ты бы ходил за ним по пятам, наложил бы на себя разиллюзионное заклятие – для того, чтобы снова оказаться в его комнате… Если бы твердо знал, что ты сдержишься, справишься с собой. Но ты был уверен совсем в другом. В неправильном, в отчаянно невозможном.<br />Максимум, что ты мог себе позволить, это очередную затрещину. Потом ты внюхивался, вдавливался лицом в собственные пальцы, проводил ими по собственной щеке, неровной и щетинистой, совсем не похожей на медленно розовеющую щеку сына. <br />А спустя еще пару минут выяснялось, что вместе со спермой из тебя выплескивается стыд… Жгучее презрение к себе самому, как к главной, самой порочной ошибке природы. И ты подсчитывал дни – до его отъезда. Надеясь, что потом – осенью, зимой, весной, хотя бы к пасхальным каникулам, все образуется.. Тем более, что вряд ли Драко приедет весной в Малфой-мэнор, слишком мало времени у него останется на подготовку к СОВам… <br />Получилось совсем наоборот… Чертова осень, проклятая зима, отвратительная, такая солнечная, такая благоухающая весна… Приевшиеся ласки Нарциссы – как ее не переворачивай, что себе при этом не представляй… Торопливые письма из Хогвартса, пахнущие не сколько чернилами и совиным пометом, сколько его кожей, его волосами… Очень скоро они начинали пахнуть твоей спермой, но Цисс этого вроде бы не замечала… Тольку удивлялась – зачем ты держишь корреспонденцию под подушкой.<br /><br /><br />Сегодня четверг… В следующую пятницу у Драко заканчивается учебный год. А сегодня он сдает последний экзамен по этим чертовым СОВам… <br />Ты тяжело вздыхаешь, чтобы отогнать от себя изображение сына – растрепанного, усталого, осторожно грызущего влажный кончик пера… Ты уже готов мысленно провести этим пером по его щеке, скользнуть по чуть выступающему кадыку, мазнуть по плечам… А потом перевернуть Драко на живот, чтобы перо могло плавно касаться его позвоночника, поясницы, бедер, сжавшихся, вздрагивающих от щекотки ягодиц…<br />Ты снова вздыхаешь… И на твое плечо ложится ладонь уже засыпающей Нарциссы. Она думает, что ты нервничаешь совсем от другого. И это тоже правда. Просто мысли о сыне, о его возвращении, о запретных возможностях обжигают так же сильно, как и Метка, и точно так же заставляют тебя выпадать из постылой реальности…<br />--- Не волнуйся, он все прекрасно сдаст, он ведь так много учился… -- сонно шепчет Нарцисса, прижимаясь губами к твоему уху.<br />Ты киваешь… Восемь дней. А потом опять – чертова каторга, двухмесячная жаркая пытка, когда мозги и тело доведены до такого изнеможения, что начинаешь мечтать о несчастном случае. Не для Драко, для себя… Потому что ничего другого ты и не заслуживаешь… <br />--- А если вдруг... дорогой, пожалуйста... ты и без того слишком жестко с ним обходишься… Пообещай мне, что не будешь кричать на Драко…<br />Нет, ты не будешь на него кричать. Скорее всего, ты его ударишь. И твои пальцы заранее покалывает от предвкушения этого удара, а к горлу подкатывает тошнота – как штормовое предупреждение, аванс ненависти к себе.<br /><br />Ее голос становится совсем тихим. Чертова жара усыпляет. И только крупные уродливые мотыльки громко и равномерно бьются о черное, невидимое в темноте стекло…<br />Этот нервный стук убаюкивает тебя. И ты медленно входишь в черную воду сна, теплую и густую… Там, на этих тяжелых волнах, покачивается Драко… Капельки стекают по незагорелой коже, задерживаясь на секунду на твердых выступах маленьких сосков… Он идет к тебе, и вода отступает все дальше и дальше, обнажая для тебя все новые и новые дюймы его тела.. И вот уже можно разглядеть потемневшие волосы в паху. Он смущается и осторожно прикрывает их своей ладонью... А потом привстает на цыпочки, и ты видишь, какое счастливое у него лицо. И как он на тебя смотрит, как дышит, пытаясь сдуть со щеки неведомо откуда взявшуюся пушинку, как он напряжен, как сладко и тяжело от него пахнет. И ты тоже тянешься ему навстречу… Ты готов это сделать, если бы не был твердо уверен, что это – сон.<br />Поцелуй приходится не на твой подбородок, а на предплечье. И он больше похож на укус… Но ты не сердишься, а лишь опускаешь свои пальцы на дрожащий позвоночник Драко… Скользишь чуть ниже, наконец-то касаешься ягодиц…<br />А предплечье все горит и горит, и ты, наконец, понимаешь, что это не поцелуй, а Вызов…<br />Сон останавливается, замирает…<br />Ты подскакиваешь на кровати, а потом начинаешь натягивать на себя одежду – так торопливо, будто ты и впрямь выбрался из воды и теперь суетишься на берегу, чтобы не замерзнуть.<br />Тебя и вправду знобит… Цисс поворачивается, сбрасывает с себя одеяло. Жара. <br />Ты спотыкаешься на пороге. Плохая примета. <br />Ну… Ты же сам хотел неприятностей.<br />Или уже нет?<br />Всего восемь дней… <br /><br />====================================================<br />Вечером того же дня группа Упивающихся Смертью во главе с Люциусом Малфоем совершила нападение на Министерство Магии, пытаясь проникнуть в Отдел Тайн и завладеть нужным Пророчеством. Попытка оказалась неудачной. Многие сторонники Темного Лорда, в том числе и мистер Малфой, были взяты под стражу, а после отправлены в Азкабан. В настоящий момент Министерство решает их дальнейшую судьбу.<br /><br /><br /><i>Menthol blond, 28 апреля 2007 года. </i> http://menthol-blond.livejournal.com/35974.html public 0 http://menthol-blond.livejournal.com/35832.html Sun, 06 May 2007 01:23:59 GMT http://menthol-blond.livejournal.com/35832.html Название: Не сезон <br />Автор: Menthol_blond <br />Жанр: романс <br />Пейринг: СС / РЛ <br />Рейтинг: PG-13 <br />Дисклаймер: Все права принадлежат Джоан Роулинг, а я ни на что не претендую <br />На фест драбблов "Корзинка Всевкусных орешков" на Polyjuise Potion<br /><br /><a name="cutid1"></a><br />-- Ты похож на встрепанную курицу. <br />На заре все тени кажутся длинными. Но у той, что принадлежит Северусу, воистину карикатурный вид. А кончик носа упорно сливается с длинной трещиной на ступени крыльца. <br />Рем пожимает плечами. Метет волосами воздух. Седина подкрашена рассветом в воинственно-розовый... В этом году именины Тонкс пришлись на полнолуние -- и Северус честно отправил на кладбище сову с букетом. <br />-- На кого? -- Люпин резко шевелит лопатками, будто хочет стряхнуть с них старые шрамы. Это бессмысленно. <br />-- На курицу. На квочку. На клушу. Ту, что ходит утром по двору и пересчитывает цыплят. <br />Ветер шумит в подсыхающих яблоневых листьях, забивает Снейпу рот -- словно собирается запихнуть обратно слова. Все, что было сказано за эти годы. Бесполезно. <br />В одном халате на крыльце долго не простоишь. Но Снейп лишь обхватывает себя за плечи. <br />А Ремус перемещается от одного дерева к другому, задевает разросшиеся кусты и морщится при виде оборванной бельевой веревки. <br />Палочка в мантии. Мантия на крыльце. Снейп тоже. <br />-- Реми, ты себе шею свернешь... -- Северус не двигается с места. <br />А Ремус скользит -- обветренной кожей по шершавому яблоневому стволу, ловкими пальцами -- по узлам спутанной веревки, локтем по незаметному сучку, -- и капелька крови срывается с его руки, как перепуганная божья коровка. Хотя какие там жуки --- на дворе сентябрь месяц. <br />На дворе -- скамейка с вытертой до блеска спинкой, и грабли, провалявшиеся в траве чуть ли не с начала лета, и разросшиеся яблони. А между двумя самыми старыми -- высокой, с длинными ветками, на которых еле различишь зеленые, терпкие даже на вид плоды, и раскидистой, переливающейся полосато-алыми яблоками -- потихоньку натягивается бельевая веревка. Тоже довольно старая, потемневшая от дождей и влажная от росы. <br />Запястье все еще тонкое. Просто вены на нем выпирают сильнее. А обратно не загонишь -- нечем удержать. Серый шнур льнет к ловким пальцам. А потом -- к коре... <br />Волосы Рема отлетают от щеки, обнажают морщинки. Вон той раньше не было. <br />Сегодня ветер. <br />-- Хочешь яблоко? <br />Люпин все еще сидит на этой чертовой ветке. И тянется вверх и вбок. Можно подумать, что никому не нужный фрукт -- это снитч, который надо обязательно поймать... Жаль, что Чемпионат Мира не выпал на полнолуние -- пришлось ехать. И даже сидеть потом в главной ложе. И аплодировать. Снейп до сих пор не может привыкнуть, что ловец британской сборной давно вырос из гриффиндорского шарфа... <br />-- Хочешь яблоко? -- Рем говорит это громче, чем в прошлый раз. Можно подумать, что у него самого сохранился идеальный слух. <br />Северус запахивает халат, а потом как можно спокойнее спускается с крыльца. И почти неторопливо подходит к дереву. <br />Всего-навсего -- протянуть руку. И вот уже под твоей ладонью отогревается чужая щиколотка. Довольно грязная щиколотка, между прочим. <br />-- Сорвать еще? -- яблоко катится по земле, подминая под себя мягкие травинки. Они не сопротивляются -- устали за лето. <br />-- Я сейчас, знаешь, что сорву... -- Северус не может закончить фразу. Смеется. И почти краснеет. Почти как школьник. -- Нет, стяну... Стащу... <br />Ремус разжимает ладони, перекидывает свободную ногу через ветку. <br />-- Отпусти... Нет, держи... <br />И Снейп привычно принимает на себя тяжесть чужого тела. Чужого, но совсем не постороннего. Выученного наизусть -- от самых старых шрамов до самых свежих морщин. <br />--- По моему, пора снимать яблоки... -- губы Ремуса утыкаются в снейпов халат. <br />На земле лежать холодно. Но очень приятно. <br />--- По моему... -- пальцы Северуса поглаживают мешковину старых штанов. -- Далась тебе эта веревка... Подумаешь, белье... <br />--- Подумаешь... -- ладонь Люпина огибает полы халата... -- Белье... Которого нет... <br />Его губы все еще пахнут аконитовым зельем, и они такие горячие, будто Ремус осушил кубок всего пару секунд назад. <br />Осенний холод не успевает остудить кожу -- ладони прогоняют его слишком решительно и победно. <br />-- Я тебя этой веревкой в следующий раз к кровати привяжу... Спал бы себе и спал... <br />В густой траве, под прикрытием кустов, под аплодисменты яблонь, под стук яблок... <br />-- Привязывай... А потом ложись рядом... <br />Замерзший сосок напоминает застывшую каплю смолы. А потом она начинает таять. От жара. <br />Бедра скользят по опавшим листьям. Тень маскирует синеву под глазами. Седина... Нет, ошибся, это паутина. <br />Слиться с землей... Нет, еще рано... <br />Высоко-высоко, в прозрачном сентябрьском небе, все еще плывет луна. Бледная и нечеткая. Надкушенная с правого бока -- как осеннее яблоко. <br /><br />Fin. http://menthol-blond.livejournal.com/35832.html public 3 http://menthol-blond.livejournal.com/35065.html Sun, 15 Apr 2007 22:49:52 GMT http://menthol-blond.livejournal.com/35065.html Фэндом: Harry Potter <br />Название: После красно-желтых дней... <br />Автор: menthol_blond <br />Жанр: slash, angst <br />Рейтинг: PG-13 <br />Пейринг: Билл Уизли/Ремус Люпин <br />Саммари: После шестой книги <br />Дисклаймер: Все права принадлежат Джоан Роулинг, а я ни на что не претендую <br />От автора: для Мэвис <br />PS: иллюстрации к фику <br /><a href="http://keep4u.ru/full/070408/9c826d15378c3f0375/jpg"> от aqua-r-elle </a> <br /><a href="http://keep4u.ru/full/070408/73f5e4c1468f1cefb1/jpg"> от Yael </a><br /><br /><a name="cutid1"></a><br />Отец говорит, что все будет хорошо. Что у магглов есть специальные штуки, они разглаживают швы, совсем как утюг -- помятое белье. От больничной простыни пахнет сыростью и вчерашним ужином. От отца тянет огневиски. <br />Мама все время повторят одно и то же. О том, каким он был умным в школе. Каким способным в Гринготсе. Каким смелым и храбрым в бою. И как она им гордится. Она почти тарахтит, так что -- можно не отвечать. Билл не отвечает. Нашаривает ее ладонь и сжимает как следует. От ладони идет соленый запах слез и чуть приторный -- от домашнего печенья. <br />Флер тоже говорит. Скатываясь на намеки, выдавливая из себя неуклюжие фразы -- как шифровки. Раньше она произносила эти словечки в постели. В нормальной постели, не в больничной койке. Билл хочет закрыть глаза, но они и без того спрятаны под бинтом. Только нос наружу. От Флер очень сильно пахнет страхом. <br /><br /><br /><br />Белая ткань кажется мутной -- как стенка чашки, в которой недавно плескался чай. Билл не знает, раздражает его это или нет. Слишком уж терпко пахнет очередное больничное зелье. Слишком уж жарко становится на солнце. Между кромкой бинта и веснушчатой кожей щеки -- узкая щель. Тонкая, тоньше, чем швы. Мир сквозь нее выглядит странно. Плоско и неправильно. Только белая директорская борода вспыхивает на солнце. Как подшерсток. За спиной шевеление, сбоку всхлип. Сегодня ему повезло, на него почти не смотрят. Потом еще насмотрятся, наоглядываются. Сегодня толпе не до него. Толпа прощается с вожаком. Можно выдохнуть. И наклонить голову, так, чтобы стало видно кованую боковину гроба. Кожу пощипывает. Это не слезы. Это потекла подтаявшая на солнце мазь. <br />Флер наклоняется к самому уху Билла и пытается незаметно шептать. У нее был такой смешной акцент. Неправильный, украшающий ее, будто это -- мушка на подбородке. У нее чистая кожа. Немножко духов, немножко пудры, пыльца от похоронного букета... От Флер пахнет смущением. Нет, не так. Гораздо тяжелее. Стыдом. Неловкостью. Гордый аромат -- я донесу этот крест до конца своей жизни. И дешевая вонь -- при мысли о побеге. <br /><br /><br /><br />Уголь, копоть. Пыль в нагревшихся за день занавесках. Неуклюже замаскированный табак -- кто-то из старшеклассников тайком смолил в вагонном туалете. Повязку снимут через пару дней. Сквозь щель видна рука Флер и угол белого платка. Сухого, просто сильно измятого. С похорон валит целая толпа, но к ним в купе никто не заглядывает. Непонятно, кто радуется этому сильнее -- Билл или Флер. Но, если бы тут был кто-то еще, они могли бы разговаривать. Вежливо и весело: двое влюбленных и третий лишний. Давайте обсудим курс галлеона. <br />За пыльным окном лето. До прибытия в Лондон -- часа три. До свадьбы -- меньше месяца. Он пока подремлет, хорошо? <br />Облегчение не пахнет никак. <br /><br /><br /><br />Дверь отъезжает. Мягко, плавно. И голос у вошедшего -- такой же мягкий и плавный. К нему хочется прислушаться. Флер отвечает собеседнику и с каждой фразой как будто оттаивает. Под умелыми прикосновениями, под затяжными поцелуями... Причем здесь поцелуи? Билл дремлет, отгородившись от мира полой мантии, а его невеста обсуждает с кем-то церемонию помолвки. Еще Флер сегодня говорила о белом корсете. Три раза -- со всеми, кто пытался стать их соседом по купе. <br />В коридоре звучит неуверенный детский смех. Потом на весельчака шикают. И опять возня. Когда Билл Уизли был школьным старостой, он не оборачиваясь мог отличить игру от драки. <br />-- Извини, я посмотрю, что там случилось... <br />-- Ну конечно, Ремус, -- Флер закрывает за собеседником дверь. Замирает на пороге. Она слишком тяжело вздыхает, прежде, чем опуститься на соседнее сиденье. <br /><br /><br /><br />Дом все тот же. Правда к левому боку пристроено что-то типа крыла. Их будущая спальня. Билл узнает про ее существование, споткнувшись о строительные козлы. Джинни помогает ему подняться и тихонько ругается на отца. Слезы Джинни пахнут по другому. Они не похоронные, а какие-то личные. <br /><br /><br /><br />После повязки мир кажется очень странным. Пронзительным и неправильным, будто его залили лунным светом. Он черно-белый. <br />Билл понимает это не сразу. Но у мамы светло-серые волосы, а в них мелькают белесые тени. А веснушки нельзя отличить от родинок. А у свитера Ронни двухслойный грифельный цвет. <br />А Флер выглядит размыто. Безлико. Будто снимок в прошлогодней газете. Растиражированная копия. От нее даже пахнет сейчас точно так же. <br />Обед получается странным. У матери не всегда было хорошо с готовкой, но рагу еще ни разу не оказывалось серым. <br />Папа говорит, что у магглов давно научились пришивать к лицу новые уши. <br />Мама незаметно занавешивает зеркало своим передником. Он пепельный в угольный цветочек. <br /><br /><br /><br />Ближе к вечеру в "Норе" появляются гости. Тонкс ни капли не изменилась. Правда она прячет глаза под отросшей мышиной челкой. Мама поджимает губы и говорит, что Нимфадоре очень идет розовый. <br />Ремус беседует о чем-то с отцом. Папин голос растворяется, а фразы Люпина, наоборот, звучат глухо и как-то правильно. Билл не понимает ни слова. Тисовая, ночное дежурство, разиллюзионка, сегодня очередь Моуди... <br />Еда, наконец, остывает. Зачем ее греть? От тарелки перестает нести жиром и теплым маслом. Все кажется слишком соленым. Хотя мама точно не плакала над кастрюлей, он бы догадался. <br />Летом слишком светло. И одуряюще пахнет травами. Теплой землей, распустившимся подсолнухом. А сверху оно перекрывается дурацким ароматом свежей краски. И лака. Зачем красить дерево лаком? <br />Солнце еще высоко. Еще три, четыре, пять часов светлого времени. Его можно переждать. Раствориться. Замереть. <br />--- Билли, ты засыпаешь? Mon pauvre garcon... Отвести тебя вверх или мы уже пойдем к нам? <br />Он доберется до старой комнаты самостоятельно. <br />От Флер опять пахнет облегчением. А еще она почему-то завидует Нимфадоре. <br /><br />Это еще не луна. Это только намек. Белый осколочек, похожий на подстриженный ноготь. В детстве он терпеть не мог, когда мама их стригла. А сейчас они зудят. <br />Он так и просыпается -- от странного зуда в ногтях. И от холода. <br />На полу, без одеяла. Что ему понадобилось на полу? <br />В доме обманчивая тишина. Кто-то точно не спит. <br />От дверной ручки пахнет мамиными пальцами -- видимо, заглядывала сюда. <br />В коридоре можно различить дуновение Флер. Постояла на пороге, да так и не зашла. <br />Из комнаты Рона доносится запах спермы. Одинокий. <br />Краска, каша, огневиски, пыль, свежевыстиранное белье, школьная мантия, совиный корм... Сова. Вкусный запах, живой... <br />Билл изумленно трет лоб с подживающими ранками. Что за чушь... Что за... <br />За порогом, по ту сторону входной двери, стоит кто-то правильный. <br /><br /><br /><br />Ремуса не узнать со спины, да это и не важно. Сейчас Билл не помнит про свое неправильное зрение. Кожа еще теплая после сна. Один озноб -- от летнего воздуха. Второй -- от возбуждения. Волосы бьют по плечам. Неправильно. У волков не бывает гривы. <br />У них и одежды не бывает. И они понятия не имеют, как это -- босиком по пыльному мелкому гравию. Стремительно. Бесшумно. <br />Люпин оборачивается. У него нет тени удивления в глазах. Там плещется другое. Бездна понимания. Какая-то обреченность. Нет, не так... Вежливость? Жажда. <br />У него заштопанная рубашка и потрепанные штаны. Седые волосы -- Билл это помнит по воспоминаниям о старом, еще цветном мире. <br />Ремус правильно пахнет. И правильно улыбается. Оглядывается, а потом отступает. В теплую неразбериху сада, вглубь, вдаль от маминых ранних помидоров и склоненных чаш подсолнухов. <br />Мокрая трава. Одуряющий запах земли. В сумраке деревьев снует мелкая дичь. Соловей. <br />Дыхание Ремуса ввинчивается Биллу в уши. Схватки не будет. Драки не будет. Еще чего-то не будет, такого, предусмотренного ритуалами стаи. Он пока не знает названия. <br />В отличие от Люпина, Билл Уизли -- оборотень-полукровка. Но он сильнее, моложе, неопытней. И он хорошо выспался. <br />Чертовы штаны мешают, застревают на бедрах, обвивают колени. <br />Ремус не перехватывает руки Билла. Наоборот, помогает им. Как будто хвостом виляет. <br />Он и там седой. У полумертвых волос смешной запах. У возбуждения -- нежный и сильный, заставляющий забыть о приличиях. <br />Люпин утыкается лицом в траву. На его спине блестят выступающие бугорки позвонков. У него слишком гладкая кожа. <br />Теплый жар слюны. Почти неловкие движения пальцев. Внутреннее тепло. Поддающееся, раскрывающееся отверстие. <br />Зубы смыкаются где-то под лопаткой. Мой. <br />И снова смыкаются. Послушная кожа. Мой. <br />Войти в Ремуса -- все равно, что забиться в нору. Нет, не так. <br />Люпин начинает двигаться, выдыхать и покачиваться... Бежать на месте. <br />Верхом на сером волке. <br />Высокая садовая трава щекочет ляжки. <br />Сперма мешается с росой. <br /><br /><br />Он не может понять, что это было. Просто валится на землю и сам, добровольно, закрывает глаза. Швы на лице пощипывает от пота. Нет, не от него. <br />Это не слезы. Это что-то другое, странное, правильное. Билл не сразу понимает, что звук рождается внутри него. Обретает мощь с каждым толчком сердца. <br />Вой. <br />Вой, малыш, пока тебе позволено. Пока тебя слышит тот, кто понимает все без слов. <br />--- Это просто луна, Билли... <br />Ремус его гладит. Совсем не сильно, уверенно. И Билл вытягивается, скользит ягодицами по все еще теплой земле, доверчиво подставляет бока. <br />Пальцы Люпина слишком сильно перемазаны в траве. <br /><br /><br /><br />Он просыпается от очередной волны запахов. Кипяченое молоко. Нет, невозможно, жуть... <br />В распахнутое окно виден клочок нежно-серого неба. По половицам разлит ослепительно белый свет. <br />Полдень. До его времени -- часов десять. <br />Тело гудит. Сладко, устало. На коже мелкие вмятинки -- следы травы. <br />Кажется, Люпин левитировал его наверх. <br />"Все в порядке, Билли, это просто луна..." <br />На спинке кровати -- высушенная, вычищенная одежда. Она пахнет человеком. И немножко -- ночной жизнью. <br />В коридоре Билла ждет добыча. Не выдерживает взгляда. Запрокидывает лицо -- для поцелуя, обнажает горло. <br />Он отодвигает Флер. Бездумно и решительно, как недоеденный кусок. <br />Вниз, вниз, вниз... <br />В гущу запахов, где почему-то почти отсутствует самый главный. <br />--- Тонкс, голубушка, может, передать мальчикам еще гренок? -- Мама не поворачивается от плиты. У людей не такой острый слух. <br />Нимфадора стоит у камина, сжимает в пальцах кочергу. На наконечнике -- поджаренный кусок хлеба. Из искристого свечения, которое Билл когда-то видел как зеленое, выглядывает Чарли. Перехватывает очередную порцию, исчезает... Его сменяет отец. <br />Тисовая, дежурства, разиллюзионка... <br />-- Привет, Билл... -- Тонкс поворачивается к нему. И роняет кочергу в камин. Отступает. Шаг за шагом... Светло-серый оттенок ее волос меняется на грязно-серый. <br />От нее так сильно и победно пахнет Ремусом. <br /><br /><br /><i> The end </i> http://menthol-blond.livejournal.com/35065.html public 1 http://menthol-blond.livejournal.com/33946.html Tue, 27 Feb 2007 22:38:35 GMT http://menthol-blond.livejournal.com/33946.html Название: Еще одна неделя<br />Автор: Menthol_blond <br />Фэндом: Harry Potter<br />Жанр: slash<br />Рейтинг: R<br />Пейринг: Северус Снейп/Драко Малфой<br />Объем: mini<br />Саммари: еще одна версия послевоенной жизни, в которой УпСы точно проиграли<br />Дисклаймер: Все права принадлежат Джоан Роулинг, а я ни на что не претендую<br /><br /><a name="cutid1"></a><br />Понедельник. 00.25<br />Чертов вечер кончился. Можно посидеть в кресле еще немного. Потянуть время. Можно даже ни о чем не говорить. Молчать-молчать-молчать. А потом возникнет дурацкое сожаление: если бы они ушли в спальню четверть часа назад, то сейчас бы уже освободились.<br />Видимо, эта мысль посещает их одновременно.<br />--- Вам не кажется, мистер Малфой, что сегодня мы несколько...<br />--- ...Засиделись? Вы совершенно правы, сэр.<br />--- Нокс? Или вам удобнее, чтобы был полумрак?<br />Снейп спрашивает об этом каждый раз. Наверное и правда никак не может запомнить.<br />Четверть часа. Всего четверть часа... Пятнадцать минут. А потом они оба будут свободны. До следующей ночи, а может, даже, до послезавтрашней... Оно не больно, оно не неприятно. Просто физиология. Если бы Снейп не напоминал про нее каждый раз, Драко, может быть, поверил в его фразу.<br />Ничего страшного. Еще минут десять от силы. Можно просто привыкнуть. Драко никогда не пытался найти у своего партнера хоть что-то привлекательное. Не сравнивать его, а оценивать. Как человека. <br />Это полное идиотство -- пожимать плечами в тот момент, когда тебя пытаются... Растянуть или подготовить? Скорее всего, просто приспособить...<br />--- Как же оно сложно, ничего не думать, правда? <br />--- Что вы сказали, сэр? -- голос звучит глухо. А как ему еще звучать, если Драко вцепился зубами в собственную ладонь? Пот соленый. Наверное, будь в комнате светлее, у него поплыли бы круги перед глазами. А так -- только золотистые разводы по темноте.<br />Снейп не отвечает: он боится, что это его отвлечет.<br />Оно почти неплохо, не будь Снейп таким холодным. Не в смысле -- равнодушным, а в смысле температуры тела. Северус очень часто мерзнет. Эти судороги не похожи на дрожь от волнения или дрожь от возбуждения.<br />Хорошо становится в ту секунду, когда Снейп из него выходит. Это свобода. В ближайшие сутки до Драко никто не дотронется. Можно перевернуться на бок и быстренько поздравить себя с этим обстоятельством. Пошарить по себе пальцами: не потому, что Драко брезглив, а чтобы согреться. А в свободную ладонь опять впиваются зубы. Хотя Снейп уже много раз говорил, что монотонные стоны и суетливые движения его совсем не раздражают. <br />Наверное, у них все-таки есть что-то общее. По крайней мере Драко кажется, что его собственная сперма теперь тоже пахнет Снейпом.<br /><br /><br />Вторник. 11.47.<br />Конверты похожи друг на друга не по форме, а по содержанию. Пару секунд Северус на полном серьезе думает: а не залить ли пергаменты кофейной гущей? Потом ее можно будет удалить с того места, где спрятались буквы: "Ваш перерасход", "Общий счет", "Итого".<br />На дверях давно нет задвижек. Да и сами двери -- довольно условная преграда.<br />--- Вы что-то тут забыли, мистер Малфой?<br />--- Справочник, сэр. Что-нибудь о толковании сновидений.<br />Сны -- это единственная частная территория. Только когда они спят, их совместное заключение становится одиночным. Снейп не знает, нравится ему это или нет. Но, по крайней мере, можно надеяться, что в самый ответственный момент тебя разбудят. Правда сперва наверняка попробуют запомнить, о чем ты кричишь. Драко редко рассказывает о своих кошмарах. Впрочем, Северус все равно знает их наизусть:<br />--- Мертвые снятся просто так, мистер Малфой. Просто потому, что им надо кому-нибудь сниться.<br />Очередной книжный корешок с трудом втискивается на свое место.<br />--- Вы в этом уверены?<br />Северус продолжает потрошить конверты. Семь счетов. И ни одного предложения о надомной работе.<br />--- На прошлой неделе мы, кажется, бросали монету, сэр?<br />--- У нас не осталось ни одной, мистер Малфой.<br />--- Тогда... давайте как в тот раз --- сожжем то, за что мы точно не собираемся платить.<br />--- Легче сжечь сразу все.<br />Ни тот, ни другой не шутят.<br /><br />Среда. 13.09.<br />В гостиной не меняется ничего. Здесь не найдешь даже свежей газеты, потому как в тупик Прядильщиков давно перестали их доставлять.<br />Если не шевелиться, то холод не так заметен. Каждое движение подманивает к коже ледяной воздух.<br />Можно подумать, что они живут вместе, чтобы сэкономить деньги. Те самые деньги, которых нет.<br />Предполагалось, что они будут спать вместе, чтобы сэкономить тепло. Хотя теперь это почти без разницы: разрешение на магию есть и дрова не особо нужны.<br />Снейп говорит, что это -- сила привычки. Драко обычно не отвечает.<br /><br />Качественные зелья совсем не обязательно варить в глухую полночь. Это можно делать и днем. Особенно, если Снейпу все равно больше нечем заняться. Он гасит спиртовку и несколько минут вдыхает густой дым. Ничего особенного, но так вроде бы теплее.<br />-- Эванеско.<br />Тот же самый котел, те же самые девять унций слизняков. Он сам собирал их во дворе, ранней осенью. Еще есть немного кореньев -- тоже своих, садовых. Весной можно будет вскопать чертову землю и воткнуть в нее чертовы семена. Ничего особенного. Просто будущие ингридиенты. Все равно больше делать нечего.<br />Драко сидит в своем кресле и привычно чертит узор на подлокотнике. Со стороны ему кажется, что действия Северуса исполнены какого-то смысла. Наверное, замотанные хозяйством женщины точно так же хватаются за вязание: сложная, кропотливая работа... Но она точно так же отвлекает от тягомотины.<br />Может, попробовать что-то связать? Все равно все книги давно перечитаны, а спиртовка у Снейпа одна.<br /><br />Четверг. 18.42.<br />--- Прошу прощения, сэр. Но сегодня -- моя очередь.<br />Северус ничего не отвечает. Просто поворачивается к Драко спиной. У Снейпа довольно гладкая кожа. Может быть -- это красиво. А может -- ничего особенного. <br />Все так привычно, четко, равномерно. Будто они разработали ритуал, и теперь Драко должен его соблюдать. <br />На самом деле -- они почти не обсуждали такие вещи вслух. Так что Драко до сих пор сомневается, в какой позе Северусу лучше: на боку, так, как сейчас, или на четвереньках... Так, как он обычно разворачивает Драко?<br />Они никогда не встречаются... лицом к лицу.<br />Может, оно и к лучшему, что в их постели все так безлико. Никаких шумных вздохов, ничего страстного и неожиданного. Просто два статиста. Или два супруга, проживших под общей крышей не один десяток лет. Главное, не думать в эти секунды о том, что их заключение -- пожизненное. Иначе тоска разъест все, в том числе и равнодушные объятия.<br /><br />В последнее время с едой стало получше. Но у них обоих до сих пор выпирают ребра. Худоба -- такая же одинаковая, как сероватые безжизненные метки. В темноте их не видно. Просто участок кожи -- шероховатый и холодный.<br />За вечер они оба основательно промерзли. Единственный источник слабого тепла -- такая же слабая струя спермы.<br />-- Скажите, сэр... Вы не могли бы немного подвинуться?<br />В вопросе нет ничего необычного. Но Северус неожиданно взрывается:<br />--- Мистер Малфой, вы произносите это таким тоном, будто находитесь где-то на приеме, а не в постели...<br />Драко может огрызнуться, но ему сейчас некогда -- Снейп продолжает сопротивляться. Видимо -- по привычке.<br />--- Кто же виноват, сэр, что нам приходится устраивать прием именно здесь? И двигайтесь, двигайтесь... Вы тут не один, между прочим...<br /><br />Пятница. 06.09.<br />--- Вам показалось, мистер Малфой. Я вас уверяю.. Ну, выпейте воды, что ли... Это просто неудачное разиллюзионное зелье... Неопытный аврор, некачественная маскировка.<br />Драко продолжает смотреть в окно. На рассвете серая грязь выглядит черной. А случайно мелькнувшую фигуру охранника и впрямь можно принять за призрак. Или за человека, которого когда-то ждал.<br />Снейп не слишком хочет спать, но делать ему все равно больше нечего. Если Драко не успокоится, то с ним можно будет провозиться все утро. Ничего сложного, тем более, что им обоим так скучно. <br />--- Хватит выть, как старая истеричка!<br />Как ни странно, окрик помог. Зря, кстати. Это развлечение можно было растянуть на полдня.<br /><br />Суббота. 14.17<br />Наколдованный алкоголь почти не опьяняет. Правда похмелье от него потом -- хуже, чем от настоящего. Чтобы хоть немножко взяло, надо выпить стакана четыре, не меньше.<br />Вкус похож. Да и запах тоже. И сам он, Северус Снейп, слегка похож на того, кто два с лишним года назад стоял на Астрономической башне и выполнял свои обязательства. Тогда у них с Драко была общая задача. Теперь -- общий срок. Победители не стали заморачиваться с тюрьмой. Пусть враги живут, где жили. Просто под наблюдением и безвылазно.<br />Иногда Снейп думает, что лучше бы его тогда убили.<br />Драко мечтает об этом через две ночи на третью.<br /><br />На этот раз бутылка со спиртным получилась темной и непрозрачной. Драко задумчиво вертит ее в руках. Поворачивается к окну, чтобы посмотреть на свет -- много ли там еще осталось. А потом с недоумением сжимает между пальцами одинокое горлышко, похожее на заледенелый обрывок ткани.<br />-- Ну и кто из нас истеричка, сэр?<br />Вместо ответа Северус уничтожает осколки и создает новую бутылку. <br />Драко усаживается поближе.<br />-- И на мою долю тоже. Делайте двойную порцию.<br /><br />Воскресенье. 23.57.<br />Возможно, на следующей неделе сова принесет хоть какой-нибудь заказ. Зелья, чужие научные работы... Или новые судебные бумаги -- прочесть, ознакомиться. Убить время.<br />Сегодняшняя посылка оказалась удивительной. У кого-то из министерских служащих хватило ума завернуть продукты в старый "Пророк". Хотя не такой уж и старый. Снейп два раза сбивался со счета, но все равно, сейчас за окном середина октября. В крайнем случае -- 20ое или 21ое...<br />Газета еще летняя. Скорее всего, им просто не хватило упаковочной бумаги.<br />В тот момент, когда Северус устраивает ладони на ягодицах Драко, Малфой вспоминает запах типографской краски.<br />В ту секунду, когда член Драко случайно задевает щеку Северуса, Снейп мысленно перечисляет заголовки всех статей на четвертой полосе.<br />Они так торопятся отделаться от ритуала, что кончают почти одновременно. <br />Теперь можно подозвать к себе газету. Разделить страницы пополам -- прочесть, обменяться с соседом, потом опять прочесть.<br />Они все равно выучат эти тексты наизусть. И запомнят все жесты на всех колдографиях. <br />Когда Северус видел Ремуса, сидящего в зале Уизенгамота, тот выглядел более... жизнерадостным?<br />Когда Малфой видел Гарри... Видел ли? Поттер был в зале, но под мантией и под охраной. <br />Кто знает, может он в таком виде заявлялся и в это гиблое место.<br />Им запрещено задергивать занавески. Это страшно, бессмысленно и несправедливо. Интересно, что думает патруль, когда обходит дом по периметру? Вот фигурки сидят, а вот -- стоят. Или лежат. Иногда рядом, иногда -- друг на друге. Но в обнимку --- никогда.<br />У заключенных все напоказ. Но кажется, им удалось скрыть свои чувства.<br /><br />THE END<br /><i>Menthol_blond, 11.02.07 </i> http://menthol-blond.livejournal.com/33946.html public 2 http://menthol-blond.livejournal.com/33704.html Tue, 27 Feb 2007 22:35:08 GMT http://menthol-blond.livejournal.com/33704.html 1.<br />На Slashfiction висит четвертая часть медведковского цикла -- <a href="http://www.slashfiction.ru/newslash/story.php?story=792"> Солнечные рыбки </a><br />На <a href="http://www.fanrus.com/scripts/personalia.php?id=menthol_blond"> Фанрусе </a> -- большая подборка мини-фиков, слэш, джен, гет, весь компот. Все, что писалось прошлым летом и осенью.<br />2.<br />Еще один ресурс, где есть <a href="http://fantasy-fan.info/aut_fic/autors_fic_Menthol_blond.html"> мои тексты </a> <br /><br />3.<br />Вот <a href="http://www.diary.ru/~glintveyn/?comments&amp;postid=23371922"> тут </a> -- охренительная иллюстративка к медведковским мальчикам. Автор -- <b>Глинтвейн </b>. А вот <a href="http://www.diary.ru/~glintveyn/?comments&amp;postid=23919998"> вторая </a> -- Валька с отчимом.<br />А вот <a href="http://www.diary.ru/~Drake/?comments&amp;postid=22845079"> тут </a> -- еще одна не менее охренительная, от <b>Drake</b>.<br /><br />4. А вот <a href="http://menthol-blond.livejournal.com/33946.html?mode=reply"> тут </a> лежит слэшный мини, SS/DM, angst http://menthol-blond.livejournal.com/33704.html public 0 http://menthol-blond.livejournal.com/33466.html Wed, 07 Feb 2007 19:16:18 GMT http://menthol-blond.livejournal.com/33466.html Название: В июле всегда тепло<br />Автор: Menthol_blond<br />Фэндом: Harry Potter<br />Жанр: Джен<br />Размер: мини<br />Рейтинг: G<br />Пейринг: Драко Малфой, Беллатрис Лестранж<br />Саммари: Спойлер ко второй главе шестой книги.<br />Дисклаймер: все права принадлежат Джоан Роулинг, а я ни на что не претендую<br /><br />для <i> rakugan </i><br />С ДНЕМ РОЖДЕНИЯ!<br /><br /><a name="cutid1"></a><br /><br /><br />Широкий подоконник пахнет нагревшейся краской и пылью. А слезами не пахнет. Совсем. Ни капельки.<br />Со второго этажа хорошо видны садовые дорожки. Белесые, как выгоревшее июльское небо, неухоженные -- как весь дом. Непривычно.<br />Откуда-то снизу поднимается тошнотворный запах еды. Подкатывает к горлу, заставляет сглатывать слюну. А вот никуда он не пойдет. И вообще он есть не хочет. А в Хоге кормят гораздо лучше. По крайней мере -- там мясо каждый день.<br />Драко понятия не имел, что когда-нибудь ему захочется этого мяса. Захочется в школу.<br />Сладкая вонь переваренной картошки заглушается глухим ароматом табака. Тетка закурила. Чертова тетка. Сидит сейчас на отцовском месте и сбрасывает крупный пепел в отцовскую пепельницу. А мама виновато рассматривает свое отражение в скользкой дольке чайной ложки. Все как обычно: мать вечно чувствует себя виноватой -- то перед мужем, то перед сестрой. А перед ним -- никогда. Ну и не надо. <br />От нагретого пола все равно тянет какой-то сыростью. Как будто после отцовского ареста авроры опечатали не только счета, но и навесили на дом теплоотталкивающее заклятье. Ему все время холодно, несмотря на летнюю жару. Несмотря на каникулы.<br />Слышно, как тетка гремит стулом. Нет, слава Мерлину, она еще не уходит. Сейчас она закурит еще одну сигарету. Будет смотреть на маму и презрительно учить ее жизни. Хотя сама в ней ни фига не понимает: вздрагивает при виде эльфов и все время забывает, как зовут нынешнего министра. И курс галлеона просчитывает медленно-медленно, совсем не так, как это делал отец.<br />Больше всего Драко ненавидит Беллу Лестранж именно за это. За то, что это ее жилистые руки обхватывают подлокотники отцовского кресла. За то, что именно ее чертова закорючка украшает собой долговые расписки, просроченные счета, векселя и закладные. За то, что это ее грубоватый голос отмахивается от кредиторов, как от назойливой мошкары. <br />Еще тетка умеет кричать на маму. Выбивать из ее пальцев очередной бокал. А мама обмякает и трезвеет -- от одних только властных интонаций.<br /><br />Именно тетка решила, что занятия будут проходить в его бывшей классной комнате. Хотя Драко, между прочим, совсем взрослый. И имеет полное право входить в отцовский кабинет. Смотреть его бумаги. Может он в них разбирается, откуда ей знать.<br />Но вместо этого -- унылый стол со следами многолетних царапин и въевшимися тенями детских рисунков. Как будто Беллатрис хочет извиниться, что не отравляла Драко еще и детство.<br />На первом этаже прохладно. Там есть такие места, где вообще ничего не изменилось. Вещи еще ждут скупщиков из Лютного и дельцов из Ночного. "Цисси, ну на кой шут тебе сдался этот супружеский полигон?" Меблировка спальни гасит полтора векселя. И мама кивает, подобострастно улыбается и смаргивает, глядя в пол.<br />Как он ненавидит тетку.<br /><br />Щелк-щелк-щелк. Боммм... Шесть вечера. Часы в отцовском кабинете. Завтра и их продадут.<br />Щелк-щелк-щелк. Без стука. <br />--- Не стал обедать? Твои проблемы.<br />Белла устраивается напротив. Складывает руки на столешнице, как примерная ученица. Диплом об успешном окончании Азкабана.<br />Из-за таких сук, как она, там усилили контроль. Отцу будет труднее сбежать.<br />Щелк-щелк-щелк. Беллатрис стучит ладонью по столу. Просит сосредоточиться.<br />От одного ее вида Драко начинает трясти. И есть теперь хочется. Но она не выпустит. Только в туалет и обратно. Как под конвоем.<br />Старая мымра.<br />Он пытается вспомнить какую-нибудь гадость. Просто, назло. Но Белла -- это не мама. Она не будет биться в истерике при изображении дохлой мыши.<br />А он до сих пор боится мышей.<br />--- Так ты еще и зверушек боишься? --- пронзительно-ласковым шепотом интересуется тетка. --- Упасть в обморок при виде гиппогрифа? Ай, Драко, детка, как нехорошо...<br />Докопалась, зараза. Теперь неделю станет вспоминать.<br />--- Ты заниматься будешь или сопли жевать? --- Лестранж прищуривается.<br />Отец никогда на него не кричал.<br />Драко пытается отгородиться. Выстроить... что она там говорила? Стену? Темно-зеленая. Прочная. Как бархат отцовской мантии. Как будто отец его закрывает.<br />--- Так Флинт на тебя при всех орал или с глазу на глаз, в раздевалке?<br />Прочная, зеленая. Как листовое железо на библиотечном флигеле.<br />Войти туда вечером, присесть на подлокотник кресла и спрашивать. Или глядеть через плечо -- на пожелтевшую страницу.<br />--- За разбитый стакан "превосходно" на СОВах точно не ставят.<br />Мантия. На плечиках, в шкафу. Теперь она пахнет только дурацкой сыростью. А может, мама тоже ее обнимала.<br />Отец сам собирался учить Драко окклюменции.<br /><br />Серая точка пробивает муторное закатное небо. Они стоят на террасе, все трое. Тетка с неизменной сигаретой, мама с альбомом старых колдографий и он. Никто не поверит, но с учебником. "Леггилименция. Теория и практика". Это не хогвартский учебник, а методичка. Маленькая, потрепанная, залистанная до дыр. У тетки все потрепанное, даже руки. Тяжелые веки и морщины выглядят так, будто Беллатрис одолжила свое нынешнее лицо у кого-то напрокат. Она же носит мамины мантии.<br />Сова безошибочно пикирует вниз. Лестранж прищелкивает пальцами, недоверчиво возится с веревкой.<br />На конверте смазанная печать.<br />Мама вытягивает шею.<br />--- Вексель? Белла, это опять счета?<br />Наверное, Драко слегка рехнулся. Потому что он слышит в мамином голосе надежду. А чего хорошего в новых предписаниях из Гринготса? Хотя мама честно обещала, что за экспонаты из оружейки она купит ему метлу. Пять лет назад отец укомплектовывал команду и не морщился, а теперь Драко вынужден летать на каких-то старых дровах. Хоть вообще бросай к чертям квиддич.<br />--- Теперь тебе не за снитчем надо будет приглядывать... -- Кажется, тетка на него вообще не смотрела. Она испепеляет четвертушку пергамента. -- Нет, Цисси, это не от адвоката.<br />И мама снова обмякает, а потом косится на окна столовой. Бутылка с наливкой. Никто кроме мамы и не претендует на сладкую выпивку. Эта седая мымра пьет отцовский вискарь.<br />Сова не ждет ответа. Улетает.<br />Драко ей завидует. Честно говоря, он сам не ожидал, что ему так захочется отсюда свалить. Куда угодно, хоть в школу. На него там будут коситься и слегка обходить стороной, зато никто не будет рыться в его мозгах с той же хозяйской неспешностью, что и в отцовском сейфе.<br />Гойл и Крэбб выгонят всех на хрен из спальни и сядут под дверью играть в карты. И никто к нему не полезет.<br />У тетки очень теплая рука. От неожиданности Драко вздрагивает.<br />--- Ничего, получишь ты свои результаты. И на учебники деньги найдем.<br />Все-таки тетка Белла не такой уж хороший леггилимент.<br /><br />Щелк-щелк-щелк.<br />Тени деревьев слипаются с июльской листвой.<br />--- Ночь будет жаркая, -- Белла роется в отцовском шкафу, перебирает бархат и шерсть, оценивает оттенки черного. Серебристые застежки летят на пол.<br />Мама смотрит на них так, будто это -- повестка в Уизенгамот.<br />Драко думал, что до полуночи его оставят в покое. Ошибался. Голоса мамы и тетки бесцеремонно долбились в уши. Успокаивали, обещали, говорили о награде. Проклинали отца и просили быть осторожнее.<br />Потом Беллатрис начала вспоминать Азкабан. <br />Щелк-щелк-щелк.<br />Хорошо, что часы стучат так громко.<br />--- Ему всего шестнадцать...<br />--- А что ты хочешь, время такое. Это жизнь, Цисси. Да не морщись ты так, обратно все пришьешь.<br />--- Может, все-таки, я?<br />--- И куда ты с ним такая аппарируешь? В закрытый паб на стойку бара?<br />Мама подбирает с пола перламутровые пуговицы.<br />От мантии немножко пахнет отцом. Наверное, она висела в дальнем углу.<br />--- Готов?<br />Теткины глаза прожигают на нем клеймо. Ставят метку. Щеки Драко горят сильнее, чем черная вязь, которую Белла маскирует рукавом маминой блузки.<br />--- Готов?<br />Драко очень хочется помотать головой. Стянуть кровельное железо плотной мантии. Уйти к себе. Уставиться на выцветшие следы рисунков, которые сейчас не видны в темноте классной комнаты. Высунуться из окна и заметить свет в библиотечном флигеле.<br />Щелк-щелк-щелк. Боммм.<br />Полночь.<br />Каникулы кончились.<br /><br /><b> Menthol_blond, 04 febr.2007 </b> http://menthol-blond.livejournal.com/33466.html public 2 http://menthol-blond.livejournal.com/33272.html Tue, 30 Jan 2007 19:01:14 GMT http://menthol-blond.livejournal.com/33272.html К фикатоновскому подарочному гетному мини <a href="http://menthol-blond.livejournal.com/32472.html"> "Прибытие в шесть пятнадцать" </a> получатель -- <span class='ljuser ljuser-name_chergarka' lj:user='chergarka' style='white-space: nowrap;'><a href='http://chergarka.livejournal.com/profile'><img src='http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif' alt='[info]' width='17' height='17' style='vertical-align: bottom; border: 0; padding-right: 1px;' /></a><a href='http://chergarka.livejournal.com/'><b>chergarka</b></a></span> -- приплюсовала иллюстратив. В подарок мне. Приятно. <br />Все ж таки в Гадючнике всегда было место для панков!!!<br />Маркус/Пэнси, смотреть <a href="http://chergarka.livejournal.com/25280.html?view=96448#t96448"> здесь </a> Третья сверху картинка.<br />Техника любопытная, в духе Стерлиговой http://menthol-blond.livejournal.com/33272.html public 0 http://menthol-blond.livejournal.com/32916.html Fri, 26 Jan 2007 22:00:24 GMT http://menthol-blond.livejournal.com/32916.html Проект <b>"Медведково. Конечная" </b>, он же -- ориджинал, он же -- <i>сказки из личной жизни двух московских старшеклассников</i> -- завершен.<br />Последний текст из этой серии вывешен у меня в дайри<br /><a href="http://diary.ru/~menthol-blond/?comments&amp;postid=22560283"> Bonus track (Эпилог) </a> http://menthol-blond.livejournal.com/32916.html public 14 http://menthol-blond.livejournal.com/32545.html Sat, 13 Jan 2007 22:39:36 GMT http://menthol-blond.livejournal.com/32545.html 1. <br />На "Сказках Снейпа" висит моя горячо любимая невезучая <a href="http://www.snapetales.com/index.php?fic_id=2277"> "База"</a> -- Маркус Флинт/Драко Малфой, UST, action. <br /><br />2. <br /><a href="http://diary.ru/~Yael1/"> Яэль1</a> сделала три совершенно офигенных коллажа к моим текстам<br /><a href="http://keep4u.ru/full/061220/dbb6be1aaebc7c7368/jpg"> Жизнь после ноября </a><br /><a href="http://keep4u.ru/full/061214/af2d38f9973f9eae0c/jpg"> Пошли все к черту </a><br /><a href="http://keep4u.ru/full/061218/e0d7b74da1dc4e911b/jpg"> Лестранж, Малфой...</a><br />Все фики лежат у меня в этом жж, в разделе <a href="http://menthol-blond.livejournal.com/24251.html">Джен</a><br /><br /><br />3. Проект <i>"Медведково. Конечная"(ориджиналы)</i> сейчас состоит из шести частей. Все они есть у меня в дайри:<br /><a href="http://diary.ru/~menthol-blond/?comments&amp;postid=18722497"> Доброе утро... </a><br /><a href="http://diary.ru/~menthol-blond/?comments&amp;postid=19050435"> Когда кончится чай </a><br /><a href="http://diary.ru/~menthol-blond/?comments&amp;postid=19553291"> Дети проходных дворов </a><br /><a href="http://diary.ru/~menthol-blond/?comments&amp;postid=20256191"> Солнечные рыбки </a><br /><a href="http://diary.ru/~menthol-blond/?comments&amp;postid=21258036"> 92 дня </a><br /><a href="http://diary.ru/~menthol-blond/?comments&amp;postid=21997966"> Тем, кто ложится спать</a><br /><a href="http://diary.ru/~menthol-blond/?comments&amp;postid=22560283"> Bonus track (Эпилог) </a><br /><br />4. <br />Вот в этом <a href="http://diary.ru/~tindu/"> дайри</a> у девушки <i>tindu</i> лежат иллюстративки к циклу <b>"Медведково. Конечная"</b>. Там еще не все, но оно красивое. http://menthol-blond.livejournal.com/32545.html public 3 http://menthol-blond.livejournal.com/32472.html Sat, 13 Jan 2007 18:20:56 GMT http://menthol-blond.livejournal.com/32472.html Название: Прибытие в шесть пятнадцать <br />Автор: Menthol_blond <br />Бета: vika33 <br />Фэндом: Harry Potter <br />Жанр: джен/гет <br />Пейринг: Маркус Флинт/Пэнси Паркинсон <br />Рейтинг: PG-13 <br />Саммари: 24 декабря 1996 года. Начало рождественских каникул. <br />Дисклаймер: Все права принадлежат Джоан Роулинг, а я ни на что не претендую. <br /><br />Написано на Новогодний фикатон: "Мелочь, а приятно" форума "Астрономическая башня"<br />Для <b>Chergarka </b><br />Задание: драббл с невысоким рейтингом. <br />Тема: УпСы любого поколения (кроме Снейпа и Малфоев). Ключевая фраза: "Хуже не будет". <br /><br /><a name="cutid1"></a><br /><br />Невозможно понять -- холодно в тамбуре, или сюда тоже проник жар из вагонного коридора. Но окно покрыто еле заметными складками льда. Значит, холодно. Если бы Пэнси умела курить, она бы сейчас обязательно затянулась: торопливо и вместе с тем уверенно. Так, как это делает он, когда опаздывает. Потом длинный окурок летит по дуге -- в лужу, урну или с балкона. А Маркус резко выдыхает, чтобы отогнать с ее лба длинную челку. И только потом начинает целовать. Так же торопливо и уверенно, даже если времени совсем нет. <br />Поезд сбавляет ход. Тащится медленно-медленно. Значит, до прибытия -- минут пять, не больше. Можно быстро потереть подушечку большого пальца о стекло, а потом подсматривать. Водокачка, какие-то длинные сараи для машин. По соседнему пути так же неторопливо стучит маггловская электричка. Хорошая вещь -- чары невидимости. Ты видишь магглов, а они понятия не имеют о том, что с тобой сейчас происходит. Совсем как мама. Ох, лучше не надо. Пэнси так пока и не придумала, что она соврет. <br />Теперь электричка идет бок-о-бок с Хогвартс-экспрессом. У окна сидит женщина, опирается локтем о раму и улыбается. И Пэнси неизвестно почему начинает улыбаться в ответ. <br />За ее спиной раздается привычный шум -- однокурсники выходят из купе в коридор, стучат чемоданами, наскоро засовывают туда мантии, свернутые небрежным рулоном. А у нее чемодан давно собран. Стоит на полу тамбура и еле заметно подпрыгивает, когда поезд проскакивает очередную стрелку. <br />Шесть одиннадцать. Еще четыре минуты. Потом -- дойти до края платформы. Около самого Барьера, там, где всегда суетятся мамы и дедушки первокурсников, ее будет ждать Маркус. Может быть, даже с цветами. Интересно, это будет тот самый букет, или в церковь она войдет с другим? <br />В кармане лежат перчатки. Сейчас-то они ей совсем не нужны, но вот на обратном пути... Хотя... Не будет же она разгуливать в них по школе? Ну, в спальне можно будет небрежно тряхнуть челкой и, покручивая кольцо на пальце, намекнуть, что вот, обручилась. С одним из четверых, с кем именно -- решу через год. <br />И вся их компания вздохнет спокойно: пятеро равных. И она больше не слабый пол, а вполне себе замужняя девушка, миссис Флинт. Хотя это не помешает Гойлу списывать у нее все подряд, а Забини -- отпускать шуточки о том, что долгое супружество теперь не в моде. А потом ссылаться на очередного ухажера своей матери. Крэбб просто потребует проставиться, а Малфой, скорее всего, сразу подсчитает, по сколько им скидываться, дабы поздравить новобрачных. <br /><br />Заледенелая платформа похожа на глянцевую открытку. Скользкая, пестрая, в глазах рябит. <br />-- Счастливого Рождества… <br />Пэнси привычно кивает. Чемодан кажется жутко неудобным, хотя там почти ничего нет. В последний визит в Хогсмидт ей жутко хотелось купить что-то такое... Кофейник или стопку полотенец. Ограничилась пепельницей. Всегда можно соврать, что это -- в подарок отцу. <br />Если бы отец был не в Азкабане, а дома, то все было бы проще. И у мамы появились бы хоть какие-то свои интересы. Вот любопытно, сколько дней пройдет, прежде, чем миссис Паркинсон догадается, что ни в каком Хогвартсе ее дочь на Рождество не осталась? Одно письмо сова отнесет завтра, одно -- тридцать первого. А если догадается раньше -- то... "Знакомься мама, это мой муж, Маркус Флинт". <br />Он ждет у знакомой урны. Можно подумать, что проводил Пэнси первого сентября, да так и остался на платформе. А цветов нет. Вместо этого Маркус вертит в руках сигаретную пачку. <br />Главное -- не прижиматься к нему прямо здесь. Мало ли, кто кого пришел встречать. Через Барьер, через зал ожидания, через стоянку, потом за угол. Там и обнимутся. <br />Конечно, она не бросится к нему на шею. Но остановиться-то может. Вдруг у нее чемодан тяжелый. <br />Просто постоять, поговорить. <br />Он прикуривает одну от другой. Дым в ее сторону. Пэнси не морщится. Через пару часов волосы пропахнут дымом. А к концу каникул от них будет нести табаком так, что хоть срезай пряди и забивай в сигареты. <br />-- Привет. <br />-- Привет. <br />(Любишь? <br />Люблю. ) <br />-- А наши в этом году грифферам проиграли. Новый ловец, с пятого курса. Руки-крюки. <br />-- А что ты хочешь с этим капитаном? -- Маркус наклоняется. Не слишком близко. Можно подумать, что он сейчас собирается сказать гадость про нынешний состав факультетской сборной. <br />-- Мне к восьми на дежурство. Времени в обрез. <br />Пэнси спотыкается о собственный чемодан. <br />-- У тебя же... <br />Он согласовывал график дежурств, менялся там с кем-то. И при этом никому ничего не объяснял. <br />-- Ночью шухер был. Всех, кого могли, подняли, и в Ставку. <br />А у него синяки под глазами. И морщинки в уголках губ. Сейчас их не видно, но вот лет через семь... <br />-- Ты не ... <br />-- А ты сама не передумала? <br />Она встряхивает головой так резко, что волосы бьют по щекам. <br />А потом Маркус придерживает ее за плечи. Народу на платформе мало, но на них все равно кто-то оглядывается. <br />-- Тогда пошли быстрее. Смотри -- в семь мы женимся, в полвосьмого я тебя отведу... <br />-- Куда? В Ставку? <br />-- На явочную. Там есть одна недалеко, сейчас пустая. Да нормально все, кому она в праздники понадобится... Только... <br />-- Что? <br />-- Ну, просто... там неприбрано... <br />Только и всего. А Пэнси испугалась, что кроме нее там будет кто-то еще. Не в смысле -- женщина, а кто-то из штурмовиков. <br />-- А ты когда вернешься? <br />-- Меня в восемь утра сменят, и я к тебе. Вот. <br />Значит, совсем взрослой Пэнси станет завтра утром, часов так в девять. Она выдыхает. Морозное облачко касается подбородка Флинта. <br />-- Ну что, идем? -- он не разжимает объятья. <br />-- Идем, -- она все еще стоит на платформе. <br />-- Знаешь, а священник нормальный попался. Правда, вот церковь... Ну, в Святом Мунго, в общем... Отпевать-то он умеет, а вот с венчанием... никогда не пробовал. Ничего? <br />У него щетина отросла. Так странно - снежинка на подбородке белая, а щетина -- черная. <br />-- Ничего? <br />-- Слушай, может, ты мой чемодан понесешь? На нас и без того уже все смотрят. Хуже не будет. <br /><br /><br />The end http://menthol-blond.livejournal.com/32472.html public 5 http://menthol-blond.livejournal.com/32110.html Sat, 13 Jan 2007 18:10:45 GMT http://menthol-blond.livejournal.com/32110.html Название: Знак согласия<br />Автор: Menthol_blond<br />Жанр: slash<br />Пейринг: Гарри Поттер / Колин Криви<br />Рейтинг: R<br />Саммари: У каждого студента -- своя выручай-комната. Пятый и шестой год обучения Гарри Поттера в Хогвартсе.<br />Дисклаймер: Все права принадлежат Джоан Роулинг, а я ни на что не претендую<br />Предупреждение: легкое AU, ибо, согласно канону, братья Криви -- магглорожденные<br /><br /><a name="cutid1"></a><br />Его можно раздевать двенадцатью разными способами. Колин однажды подсчитал их все -- чтобы не уснуть раньше времени. Но все равно задремал. Встрепенулся, когда раскаленное ребро монеты впилось в ладонь. Охнул и выскользнул из-под полога. Не скрипнул, не зашуршал. Все молча. И только потом, спустя четверть часа, когда дверь на шестом этаже распахнулась для них двоих, Колин украдкой лизнул ладонь с тонким алым отпечатком, похожим на рельсы, убегающие из-под колес Хогвартс-экспресса. Поттер ничего не заметил, он возился с пуговицами на пижаме.<br />Колин столько раз представлял себя вместе с Гарри, что лучше бы у них вообще никогда ничего не было. <br /><br />Гарри Поттер был всегда. Сперва на фотографиях в "Оракуле". Газета лежит на кухонном столе, а мама, глядя на то, как они с Деннисом пытаются зашвырнуть друг другу в тарелки очередную ложку овсянки, словно невзначай произносит -- "А между прочим, Мальчик-который-выжил, всегда ест по утрам овсяную кашу". И скользкая молочная тина немедленно проваливается в желудок.<br />Школьная мантия кажется колючей и постоянно сползает то на одно плечо, то на другое. "Ну что, молодой человек, куда поступать будем?", -- мадам Малкин прикидывает, не подогнуть ли ему манжеты. "В Гриффиндор". "Это у нас семейное", -- замечает мама и шепотом втолковывает Деннису, что на следующий год у него будет точно такая же форма. В Гриффиндоре учится Гарри.<br />В первые дни очень сложно поверить, что Гарри движется постоянно, а не только повторяет одни и те же жесты, как на собственных колдографиях. <br />Поттер вовсе не собирается с ним дружить. Сколько к нему не подходи. "А ты, правда, его видел, Колин?" -- Ден высовывается из камина чуть ли не по пояс. "Я даже пожал ему руку". Если братец будет торчать в каминной сети так долго, то он увидит Поттера. Поттера, которому нет никакого дела до Колина Криви.<br />В дошкольном детстве они с Деннисом иногда играли в то, что Гарри Поттер -- их лучший друг. Просто невидимый. Колин часто вспоминает об этой игре уже в Хогвартсе.<br /><br /><br />--- Привет, Гарри.<br />--- Привет, Колин.<br />Поттер даже не оборачивается. "Я узнал тебя по голосу". Но Колин же не виноват, что у него такой голос -- звонкий и писклявый, как у девчонки-ябеды.<br />С этим никогда ничего нельзя было поделать. Единственный раз в жизни Колин мог говорить хрипло и таинственно -- все лето после первого курса. Оказывается, после нескольких месяцев, проведенных в оцепенении, связки разрабатываются не сразу. И он, как дурак, шептал все лето "здравствуй, Гарри", вслушиваясь во взрослые нотки и замирая от уважения к себе. Перестарался. К концу августа голос стал нормальным.<br />Гарри даже не заметил, что Колин на него обиделся. И не понял, что теперь с фотоаппаратом бегает Деннис. Потом обида прошла, но выпрашивать у братца обратно альбом с колдографиями было унизительно. Да и Ден, скорее всего, их бы не отдал. Наверное, он до сих пор представляет себе невидимого Гарри Поттера, своего лучшего друга.<br /><br /><br />На четвертом курсе оказывается сложнее всего. Дело не только в новом школьном инспекторе и в том, что Поттеру запретили летать. Хотя и в этом тоже. Теперь у Колина нет возможности крикнуть за завтраком "Счастливого матча, Гарри! Ты обязательно победишь!". И услышать в ответ -- "Спасибо, Колин".<br />С ним начинают происходить разные вещи. Иногда тело немножко болит и немножко чешется. Даже не так. Как будто кто-то щекочет Колина изнутри. Оно почти приятно.<br />Особенно, если представить, что его щекочет Гарри. Что его обнимает Гарри. Обводит языком припухшие соски и успокаивающе гладит Колина во всяких других местах. Ведь Поттер успокаивал его перед распределением. И желал удачи перед экзаменами. Гарри Поттер может все. Просто он сам об этом не знает.<br />Однажды утром Колин пытается свести очередной прыщ на подбородке и при этом встать так, чтобы никто из соседей по спальне не обратил внимания на его пижамные штаны. Кто-то лениво предлагает ему смотаться к Помфри, а кто-то -- отползти от зеркала. Колин привычно отмахивается. И осекается. Потому что голос стал не таким писклявым, как вчера. Он срывается и как будто выписывает виражи. Словно метла Гарри, если бы тот мог сейчас летать.<br />Поттер ничего не замечает, ему некогда. Занятия в ОД кажутся очень сложными и интересными. Только они каждый раз заканчиваются. И Колин сам не знает, хочет он этого или наоборот. Потому что Гарри сейчас соберет вещи и уйдет. Но перед этим он задержится и попробует навести порядок. Можно остаться и помочь. Может быть, Гарри возьмет его за руку и попросит что-то передвинуть. А сам на секунду прервется, чтобы смахнуть с лица капельку пота, огибающую темный шрам.<br /><br /><br />В этом нет ничего такого. Просто однажды Гарри слегка задерживается. Присаживается на стул и замирает. Колин никак не может понять, что именно Поттер разглядывает на засыпанном перьями полу. Он придвигается чуть поближе, чтобы как следует разглядеть обветренную щеку Поттера и темные сосульки волос, которые улеглись в ложбинку на шее. <br />Гарри не шевелится. Даже, когда Колин проводит пальцами по его плечу. Даже, когда присаживается на корточки и начинает разглядывать сердито сжатые губы и похожую на паутинку ниточку слюны. Поттер спит, положив подбородок на спинку стула. На полу валяются подушки, взлетавшие во время тренировок. Колин сгребает в охапку три штуки. Он очень хочет положить их Гарри под щеку. А вместо этого опускается на пол сам. Устраивается так, чтобы ему была видна напряженная спина Гарри. Поттер слишком крепко прижался к стулу. Рубашка выбилась. Колин очень хорошо видит гладкую полоску кожи. То место, где начинается узкая ложбинка, разделяющая ягодицы. <br />Колин старается дышать как можно тише и реже. Он в жизни не думал, что носит столько слоев одежды. Это не похоже на жар во время болезни. Это похоже на жар во снах. Сперва член становится скользким от пота, выступившего на ладонях. Потом ладони оказываются перемазанными в сперме. Колин никак не может застегнуть одежду обратно. Он такой вялый, будто у него и правда сейчас упала температура. <br />Его выдает голос. Проклятый голос, такой звонкий и бодрый, словно оставшийся с тех времен, когда Гарри Поттер был любимым героем детства, тем, кто не боится высоты и всегда пьет молоко на ночь.<br />Гарри. <br />Поттер просыпается. Сперва он вздрагивает и потягивается, а только потом оборачивается. Колин успевает спрятать все под пуговицами. Но вот пальцы и выражение лица уже никуда не спрячешь.<br />--- Извини, Колин. Я полночи писал реферат по зельям.<br />Гарри чувствует себя виноватым. И он слишком устал, чтобы как следует разглядеть Колина.<br /><br />На пятом курсе меняется многое. Остаются лишь две вещи -- дурацкий голос, который так и прыгает от визга к гулу, и сны про Гарри, которые заставляют Колина плавиться и торопливо обнимать себя под одеялом. Он знает, чего он хочет. <br />Выручай-комната выглядит так же, как и прошлой зимой. Как будто Гарри секунду назад произнес "нокс", а потом открыл дверь, пропуская Колина вперед. Ничего не изменилось. Даже стул и подушки не сдвинулись с места. Колину хочется, чтобы спинка и сиденье стула до сих пор хранили в себе тепло Гарри. Ему удается это представить. А подушки и впрямь пахнут спермой.<br />Иногда ему кажется, что кто-то поворачивает ручку двери. И Колин мысленно пририсовывает к ней замок. Это помогает. Однажды он слышит, как кто-то, стоящий в коридоре, испугано охает и чем-то звенит. В другой раз нежданный визитер пинает обшивку двери и матерится.<br />--- Драко, ты чего там застрял?<br />У каждого своя выручай-комната. Малфой с шестого курса таскает сюда каких-то девиц. Маленьких и писклявых. У них такие же пронзительные голоса, как и у Колина.<br />--- Гойл, лучше заткнись и смотри как следует. Да раздери тебя дементор! <br />Кажется, Малфой пытается вышибить дверь плечом. Колин наспех наколдовывает еще одну задвижку. Палочка выскальзывает из рук. Пальцы опять в сперме.<br /><br />На следующий вечер он видит возле гобелена с троллями Гарри. Поттер ходит по коридору и что-то бормочет себе под нос. Он не замечает Колина даже в ту секунду, когда задевает его плечом.<br />--- Прости, Колин.<br />Интересно, какая комната нужна Гарри? <br />--- Помнишь, я когда-то открывал здесь дверь?<br />Колину становится почти смешно. Неужели Поттер не может открыть выручай-комнату? Он просто тянет ручку на себя. Гарри выглядит почти счастливым. До тех пор, пока не заглядывает внутрь.<br />--- Ну ты дае... Эй, Малфой? Ты где?<br />Комната пуста. Только стул с высокой спинкой все так же стоит посередине. Правда теперь на нем лежит старый альбом, который Колин потихоньку забрал у Дена.<br />--- Что за...<br />Лучше бы Гарри не видеть эти колдографии. По меньше мере половина из них существует только в этой комнате.<br />Гарри.<br />Первый раз в жизни проклятый голос слушается Колина и исчезает вообще. <br />Поттер медленно пролистывает альбом. Страницу за страницей. И если при виде первых снимков он был изумлен, то последние колдографии делают его возбужденным. Совсем как изображения, на которые он сейчас смотрит.<br />--- Это... я?<br />Гарри.<br />--- Молчи, Колин. Молчи, пожалуйста.<br />Дверь обрастает новыми задвижками. Гарри сам подгоняет подушки изо всех углов комнаты.<br />--- Колин, пожалуйста.<br />Это совсем не похоже на сны. Он бы точно проснулся от такой боли.<br />Настоящий Гарри Поттер совсем не пахнет плюшем полога и открахмаленным бельем. Он отчаянно сильный. Гарри так напряжен. Он вцепился в бедра Колина сильнее, чем в рукоятку своего "Нимбуса". И Колин выгибается и трепещет. Так бывает на стадионе, когда подпрыгиваешь на скамейке и следишь глазами за снитчем, тянешься вверх, будто хочешь его схватить. А когда это удается Поттеру, ты будто чувствуешь, как он слегка выдыхает. Смахивает капельку пота с темного шрама и усмехается -- "Ну что, Малфой, сегодня я тебя тоже сделал?"<br />--- Колин, пожалуйста...<br />На ближайшем уроке прорицаний профессор Трелони долго разглядывает ладонь старшего Криви сквозь уродские очки. Она никак не может понять, откуда там взялась четвертая линия. Наверное, Колин слишком сильно сжимал кулаки. В следующий раз надо будет подстричь ногти.<br /><br />Днем Поттер ничего не говорит. Он просто задерживается за завтраком и еле слышно спрашивает:<br />-- Ты не потерял свою монету, Колин? <br />Вечером фальшивый галлеон возвращается к своему владельцу. Теперь он будет срабатывать только от вызова Гарри.<br /><br />Кажется, он слегка замерз, пока Гарри вел его по лестницам. Прикосновения становятся еще более неприятными, чем обычно. В горле слегка саднит. Глотать не больно, но вот говорить...<br />Слова становятся медленными и вязкими. Можно подумать, что Колин их размазывает по небу и гортани. А Поттер тем временем размазывает по телу Колина теплый липкий любрикант. Он никогда не смотрит Колину в глаза. И всегда прижимается к нему сзади, не опрокидывает на спину. <br />Иногда Колин трется щекой о живот Гарри и ловит губами влажную солоноватую головку, перламутрво-розовую, как неочищенная долька чеснока. Чеснок щиплет язык не так сильно, как сперма Гарри. Но Поттер гладит Колина по голове, перебирает светлые пряди. Наматывает их на палец или, почему-то, пытается зачесать назад. Сперма не особо похожа на лак для волос. Первое, что сделает Колин, когда они поднимутся обратно в башню -- залезет под душ. Сперва он вымоет голову, а только потом начнет оттирать от себя прикосновения и поцелуи Гарри. Они встречаются второй месяц. И второй месяц Колин не хочет видеть сны.<br />--- Гарри...<br />Слова снова тянутся. Как мед, которым лечат простуду. Колин начал ненавидеть мед в прошлую пятницу. А карамельный сироп -- в этот вторник.<br />--- Да... -- Гарри окольцовывает губами его пупок. Это мокро и щекотно. Молчи, Колин, молчи.<br />Он выгибается и слегка раздвигает бедра. Теперь пальцы Поттера теребят волоски в его паху. Они такие светлые, что не сразу поймешь, что они вообще есть.<br />--- Колин, пожалуйста. Скажи это еще раз.<br />--- Что? -- чертово горло запухает. Говорить лень. Если он заболеет и попадет в больничное крыло, монетка Поттера не будет обжигать его ладонь целых несколько дней.<br />--- Назови меня по имени. Так, как сейчас.<br />--- Гарри.<br />--- Еще раз, еще... Пожалуйста.<br />Поттер утыкается губами в его пах. Наверное, температура уже поднялась. Колин почти не реагирует. Он должен кончить. Он должен назвать Поттера по имени. Он очень любит Гарри. Но он совсем не хочет с ним спать.<br /><br />--- Пэн, ну я же тебе говорю, это дивное место. Нас никто не застукает.<br />Когда они выходят в коридор, то нос к носу сталкиваются с Малфоем с шестого курса и его подружкой. <br />--- Поттер. Ну надо же... --- Драко не успевает закончить фразу. Пэнси распахивает дверь и тянет Малфоя за собой. Краем глаза Колин успевает заметить, что в этой выручай-комнате стоит огромная двуспальная кровать.<br />Из-под мантии Пэнси выглядывает какая-то кружевная штука. Даже не особо и выглядывает -- Малфой просто запустил туда ладонь. А Паркинсон ухмыляется и гладит Драко по зачесанным назад волосам.<br />--- Потом поговорим, Поттер.<br />Дверь захлопывается перед самым носом Гарри. А он смотрит на нее так, будто только что упустил снитч.<br />--- Понимаешь, Колин...<br />На этот раз его губы кажутся не жесткими, а холодными и растерянными.<br />Молчи, Гарри. Молчи, пожалуйста.<br /><br /><br />КОНЕЦ http://menthol-blond.livejournal.com/32110.html public 7 http://menthol-blond.livejournal.com/31941.html Sat, 13 Jan 2007 16:57:59 GMT http://menthol-blond.livejournal.com/31941.html Всем привет.<br />Журнал восстановлен. Не уверена, что он будет регулярно обновляться, тк со временем у меня в последнее время полный завал. Но в любом случае -- большинство редких и старых текстов <span class='ljuser ljuser-name_menthol_blond' lj:user='menthol_blond' style='white-space: nowrap;'><a href='http://menthol-blond.livejournal.com/profile'><img src='http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif' alt='[info]' width='17' height='17' style='vertical-align: bottom; border: 0; padding-right: 1px;' /></a><a href='http://menthol-blond.livejournal.com/'><b>menthol_blond</b></a></span> останутся лежать именно здесь. То, что я на данный момент считаю неудачным, временно убрано под глаз.<br />Все тексты проекта <b>"Медведково. Конечная"</b> (<i>ориджиналы</i>) можно найти у меня в <a href="http://diary.ru/~menthol-blond">дайри </a>. В настоящий момент их шесть.<br />Там же, в дайри, я бываю регулярно, практически каждый день.<br />А сегодня тут еще будут кое-какие обновления.<br />Ваша МБ http://menthol-blond.livejournal.com/31941.html public 1 http://menthol-blond.livejournal.com/30516.html Sat, 02 Dec 2006 23:01:32 GMT http://menthol-blond.livejournal.com/30516.html Ориджинал<br /><br />название: "Когда кончится чай..."<br /><br />автор: Menthol_blond<br /><br />бета: Эллин Асгерд<br /><br />жанр: слэш<br /><br />предупреждение: ненормативная лексика<br /><br />рейнинг: R (из-за ненормативной лексики)<br /><br />саммари: Сиквел к фику "Доброе утро".<br /><br />2000 год. Москва. Медведково. Героям по пятнадцать лет. <br /><br />"Но, боюсь, что когда кончится чай..." (Чиж. "Доброе утро")<br />========================================================<br /><br /><a href="http://menthol-blond.livejournal.com/30925.html"> главка 1 </a><br /><a href="http://menthol-blond.livejournal.com/31070.html"> главка 2 </a><br /><a href="http://menthol-blond.livejournal.com/31341.html"> главка 3 </a><br /><a href="http://menthol-blond.livejournal.com/31605.html"> главка 4 </a> http://menthol-blond.livejournal.com/30516.html public 6 http://menthol-blond.livejournal.com/30114.html Sun, 26 Nov 2006 22:26:00 GMT http://menthol-blond.livejournal.com/30114.html На "Сказках профессора Снейпа" помимо текстов по Поттеру висит вторая сказка из личной жизни московских десятиклассников -- <a href="http://www.snapetales.com/index.php?fic_id=2222"> "Когда кончится чай" </a><br />Третья часть этого беспредела лежит у меня в дайри <br /> <a href="http://diary.ru/~menthol-blond/comments&amp;postid=19553291"> "Дети проходных дворов" </a> http://menthol-blond.livejournal.com/30114.html public 5 http://menthol-blond.livejournal.com/29897.html Sun, 26 Nov 2006 22:14:06 GMT http://menthol-blond.livejournal.com/29897.html Название: Лестранж, Малфой... <br />автор: menthol_blond <br />бета: rakugan <br />Жанр: джен, ангст <br />Категория: PG <br />Персонажи: УпСы разных поколений, намек на DM/PP <br />Дисклаймер: Все права принадлежат Джоан Роулинг, а я ни на что не претендую <br /><br /><a name="cutid1"></a><br /><b><i> Для rakugan </i></b><br /><br /><br />— Малфой. <br />Засов за спиной, привычный звук. <br />Шаг вправо, четыре влево. Ведущий охранник прихрамывает, а от замыкающего несет чесноком. <br />— Руки. <br />А оно больно, потому что не гнутся. Ни фига не гнутся. Умение курить в наручниках приходит очень быстро. И ты складываешь ладони на коленях. Так непривычно, будто в Хогвартсе во время торжественной речи. Но тогда было просто скучно. <br />— Люмос. <br />Никакая окклюменция не поможет. Они профи. Один встает сзади, прижимается отъевшимся пузом к твоему позвоночнику, фиксирует голову. <br />Запах чеснока. Серая завеса. В одиночку против трех легилиментов. Профессор Снейп не успел научить. Вечная память. Глаза слезятся. <br />Люмос, люмос, люмос. <br />Их так хочется закрыть. Наверное, ты засыпаешь. С открытыми глазами, в кабинете следака. <br />Мама говорила, что спать днем — дурная привычка. Не моргать, не моргать. <br />Это не допрос. Это просто игра в гляделки. А ты умеешь. У вас такое было, да? <br />Шестой курс, диван в гостиной. Припухшие губы. Цвет глаз не виден, зрачок расширен. Еле заметная веснушка на носу. Она расплывается, когда ваши носы начинают тереться друг о дружку. <br />Правильно. Пусть читают. Им-то оно — как слюнявый женский роман, как песенки Селестины Уорбек. <br /><br />Нос к носу, рука к руке, плечо к плечу, метка к метке. <br />Кольца отобрали на первом допросе. <br />Метку выжгли позже. <br />Красная медуза на предплечье. Уже не болит, уже не болит. И спать-то не хочется. Это как летом. Каникулы, поезд из Хога. Последний тамбур. Нос к носу, плечо к плечу. Луна через правое плечо к разлуке. Через левое — к смерти. <br />На дверном косяке, на двери в сортир, на классной доске мелом — Драко плюс Пэнси. Смеешься и сплевываешь, чтобы размазать. Хотя на самом-то деле хочется запомнить. <br />А сейчас хочется пить. Хочется пить и хочется спать. Или облокотиться о спинку стула. Табуретка жесткая. Спинки нет. Только распределительной шляпы не хватает. <br />Пятый факультет. <br />Азкабан. <br />Пергамент по столешнице. <br />Пальцы уже гнутся. Это ненадолго. Сейчас опять наручники и вперед. <br />Сейчас, только вот подпишу. <br />Предъявить обвинение... <br />Непривычно. <br />Фамилия твоя, а вот имя — нет. <br />Драко минус Пэнси. <br />Привести в исполнение. <br />Приведено. Тебя нет, меня нет. А тебе швыряют два кольца. На один палец. <br />Размер давно не тот. Будет греметь, как еще одно звено в цепи. <br />Было восемнадцать — стало девятнадцать. <br />Тебе девятнадцать. Скороспелая свадьба, преждевременная. <br /><br />Четыре вправо, один влево. <br />Последний факел скрылся за углом. <br />Глаза в темноте ловят зеленые всполохи. Авада-авада-авада-авада... <br />Дверь не скрипит. <br />В темноте не видно. <br />Камера на двоих. Неслыханная роскошь. <br />Аристократы, как же. <br />Охрана не уходит. Смотрят через твое плечо. Пузо охранника за твоей спиной. Запах чеснока. <br />— Лестранж. <br />— Здесь. <br />Звон и цепи. <br />Самое страшное — сидеть и ждать, когда кончится не твой допрос. <br />Шагов не слышно. Это гул. Это прилив и море. Ты боишься поверить в одиночество. А Лестранж будет смеяться и говорить, что первые тринадцать лет страшно, а потом как-то привыкаешь. <br />А ты потом все равно вздрогнешь. Носом в серые волосы. Они скользкие, как воск. Плотные — как ледяная корка. А чего ты хочешь, если последний раз тебе удалось вымыть голову три месяца назад? <br />Курить в наручниках — это так же привычно, как прикусывать нижнюю губу, чтобы не уснуть. <br />Но сейчас можно и поспать. <br /><br />Носом в чужое плечо, только осторожно, чтобы не задеть след от содранной метки. <br />И уже сквозь сон ты слышишь перекличку. <br />— Лестранж. <br />— Здесь. <br />— Ну? <br />— Девяносто восемь-пять-альфа. Пятьдесят первый год рождения, пожизненное. <br />— Малфой! <br />Проснуться надо. И ты отвечаешь, но, оказывается, это было во сне. <br />— Малфой! <br />По твоей щеке проезжается левая рука. Знакомая, как и все, что есть в этой камере. <br />— Малфой! Спишь? <br />— Сп... <br />— Ну? <br />— Девяносто восемь-тридцать два-альфа. Восьмидесятый год рождения, пожизненное. <br />— Спокойной ночи... <br />Запах чеснока уходит. <br />А чесноком выводят вшей. Вдруг поможет? <br />В темноте почти не виден огонек. Глаза к нему привыкли. <br />Это почти не сигарета. Табак вперемешку с высушенным чаем и нитками. Нитки были от бинта. <br />Ты никак не можешь затянуться, и тогда Белла подносит к твоим губам горячую бумагу, набитую остатками табака, чаем и нитками. <br />И случайно задевает твое лицо своей левой рукой. <br />— Потом поспишь. Кури, девочка... <br />На ее безымянном тоже два кольца. <br />Теперь вы обе — вдовы. http://menthol-blond.livejournal.com/29897.html public 3 http://menthol-blond.livejournal.com/27266.html Sat, 18 Nov 2006 18:28:33 GMT http://menthol-blond.livejournal.com/27266.html Название: Доброе утро...<br />автор: menthol_blond<br />бета: Эллин Асгерд<br />время и место действия: Москва, 2000 год. Героям -- по пятнадцать лет.<br />Жанр: низкорейтинговый слэш или вообще пре-слэш.<br />Саммари: "Первый опыт, первый дым, быть кайфовым, молодым...". Чиж, "Доброе утро".<br />Пояснение: Медведково -- это спальный район на северо-востоке Москвы. В общем, самый обычный спальный район.<br /><a href="http://menthol-blond.livejournal.com/27399.html"> 1 </a><br /><a href="http://menthol-blond.livejournal.com/27743.html"> 2 </a><br /><a href="http://menthol-blond.livejournal.com/28058.html"> 3 </a><br /><a href="http://menthol-blond.livejournal.com/28205.html"> 4 </a><br /><a href="http://menthol-blond.livejournal.com/28453.html"> 5 </a><br /><a href="http://menthol-blond.livejournal.com/28691.html"> 6 </a><br /><a href="http://menthol-blond.livejournal.com/29108.html"> 7 </a><br /><a href="http://menthol-blond.livejournal.com/29358.html"> 8 </a><br /><a href="http://menthol-blond.livejournal.com/29557.html"> 9 </a> http://menthol-blond.livejournal.com/27266.html public 0 http://menthol-blond.livejournal.com/26760.html Sat, 18 Nov 2006 17:54:44 GMT http://menthol-blond.livejournal.com/26760.html На "Сказках Снейпа" выложили пару старых текстов и мой первый ориджинал, написанный неделю назад. <br /><a href="http://www.snapetales.com/index.php?fic_id=2208"> "Доброе утро" </a><br />В общем, меня на ориджинал переклинило, на романсовый. Даже на два. http://menthol-blond.livejournal.com/26760.html public 13 http://menthol-blond.livejournal.com/26454.html Thu, 09 Nov 2006 19:06:06 GMT http://menthol-blond.livejournal.com/26454.html Как всегда, хвастаюсь...<br />1.<br />На "Сказках профессора Снейпа" вывесили <a href="http://www.snapetales.com/index.php?fic_id=2168"> "Тьму египетскую" </a> с пейрингом Билл/Драко и дженовый драббл про Пэнси --<a href="http://www.snapetales.com/index.php?fic_id=2167"> "Пошли все к черту"</a>.<br />2.<br />Девушка <b>tindu</b>, для которой я писала на фикатон романсовый мини про Снейпа с Малфенком <a href="http://menthol-blond.livejournal.com/25318.html"> "Ежедневник-99" </a>, нарисовала к нему кучу иллюстраций. Научите меня пользоваться LJ-плюсом и я переверну зем.. в общем, вывешу эти картинки :)) http://menthol-blond.livejournal.com/26454.html public 0